Последнее слово я особенно выделила.
– Бедная женщина... – удивлённо вскинув брови, прошептала Розе́.
– Что есть, то есть. Так вот... Вам ничего не напоминает? Подсказываю – "сыновья". То самое слово, что встретилось мне в стихотворении. Плюсом – "скорбящая мать". Складываем два плюс два и получаем...
– В загадке говорилось о Клейто и о её с Посейдоном детях.
– Бинго!
– Так, а что с ними? – перебила Женя.
– Ага... Дальше углубляемся в их историю. Дети Клейто, как полноправные носители ДНК основного покровителя острова, решили претендовать на атлантский престол. После чего они стали править островом, а их потомки в итоге стали правящей династией.
– Погоди, а как они вдесятером правили? – переспросила подруга.
– Делегирование полномочий. Они правили каждый в своей области и колонии. Наверное.
– В смысле? – переспросила подруга.
– Ну... Я не совсем в этом уверена. Нет прямых доказательств того, что они не переубивали друг друга в борьбе за власть.
– А после рождения царевичей островом по-прежнему заправлял Посейдон?
– Нет. Сначала правила их мать – Клейто. Тогда в Атлантиде царил матриархат. Но она, по сути, была лишь регентом государства. До тех пор, пока не вырос его старший сын – Атлант. Там у них, кстати, с этим вообще очень забавная история. Клейто пять раз рожала по паре близнецов. Тогда и встал вопрос о том, кто среди первой пары старший и кто, собственно, будет управлять империей. Первенцем признали Атланта, отодвинув его брата-близнеца на второй план.
– А его имя не известно?
– Ну, я, по крайней мере, не запомнила.
– Ладно. Не это сейчас важно. Так к чему ты всё это ведёшь?
– А! Так вот. Суть. Она проста. Сложив вышеперечисленную информацию и стихотворение, мы можем догадываться, что речь, скорее всего, идёт о Клейто. Но есть один нюанс...
– О каких сёстрах говорит последняя строка?
– В десятку, Жень. О семье Клейто, помимо того, что она была сиротой, ничего неизвестно. Хотя... Если так подумать... Из всей легенды о создании Атлантиды, она – самая тёмная фигура и самое большое белое пятно на всей Атлантской истории. Ибо то, что я вам рассказала, это вся информация о ней. И ничего более.
– Думаешь?
– Знаю, Жень. Я копала именно в её направлении. О ней катастрофически мало информации. Так что, я совершенно не удивлюсь, что о её возможных родственниках, тех же сёстрах, просто умолчали. Ну или на худой конец, что-то о них было, просто информация не дошла до наших дней. В конце концов, об Атлантиде то мы по большей части узнали только от Платона. А всё остальное – лишь мелкие отрывки, чью причастность к Атлантиде даже доказать почти невозможно. Так что...
– Мы опять в тупике.
– Не сказала бы. Информация о таких личностях довольно большой прорыв в нашем деле. К тому же, теперь у нас есть наводка.
– Но мы не можем точно знать, что речь идёт об Атлантиде, Саш!
– Хорошо. Не спорю. Но я не вижу больше никаких альтернативных версий событий. К тому же, многое указывает именно на Атлантиду.
– Что именно?
– Ну, по большей части, легенда об извержении Санторини.
– Но это не прямое доказательство.
– Ладно, Жень. Если ты так хочешь, я найду тебе его.
– Это позже. С сией загадкой мы почти разобрались. Сейчас другое. Что на счёт того, что произошло на пляже? Саш, ничего не хочешь нам рассказать?
– Это будет довольно сложно. Я сама до сих пор не понимаю, что там случилось. А что тебя конкретно интересует?
– Во-первых, почему тебе стало плохо и ты отказалась плавать. Во-вторых, как ты сумела управлять водой. И в-третьих, что с вами случилось, когда вы с Розе́ выплыли.
– Ух... Как много вопросов...
– И как мало у тебя вариантов выкрутиться.
– Ладно-ладно. Давай... Я начну с конца. Его мы уже рассказали. Добавить мне нечего. Что касается водяной стены... Тоже довольно необычное событие. Я думаю... Я просто поддалась эмоциям... И... Первая возникшая мысль была... Защитить Розе́... А как... Мозг уже сам додумал... А что было дальше, я до сих пор переварить не могу. Непривычное и странное чувство... Будто вода меня слушается. Это очень трудно объяснить. Словно мысли, чувства и эмоции слились воедино и превратились... В то, во что превратились.
– Хорошо. А плавать то почему не пошла?