Мы последовали её примеру.
***
Войдя внутрь, мы увидели то, чего определённо не ожидала лицезреть.
– Это же... – ошарашенно заговорила Женя.
– Подземный город... – закончила мысль подруги я. – Что-то знакомое... А вот что... Никак вспомнить не могу.
– Так, девочки, давайте ближе к делу, – сказала только что отошедшая от шока Розе́. – Мы сюда пришли с "проклятьем" бороться.
– Хорошо-хорошо, – ответила ей я.
Перед нами раскинулся огромный комплекс старого древнегреческого города. Казалось, будто он застыл в безмолвной тишине под слоем пыли и пепла. Повсюду были раскиданы разные вещи, мебель, порой встречались даже огромные куски бледно-оранжевых и выцветших жёлтых зданий, размельчённые на мелкие кирпичики. И... Трупы... Везде были разбросаны разложившиеся до пожелтевших от старости костей останки животных и... Людей...
Страх комом подкатил к горлу. Страшно было осознавать, насколько же далеко мы зашли.
– Это же... Боже. Они все... погибли во время... катастрофы... Она застала из врасплох, – словно обезумевшая шептала я, вглядываясь в прогнивший череп, что лежал у моих ног. Рядом с ним я увидела валяющуюся кость руки. Передо мной всплыло видение. Во время апокалипсиса несчастный пытался спастись и тянул руку к чему-то... Или к кому-то... Но судьба была не так щедра к нему, как он желал... И вот, в момент молитв к богам, на беднягу рухнул огромный кусок крыши. И размазал сердце несчастного в лепёшку. Об этом свидетельствуют сломанные рёбра. Вот так и закончилась его судьба. Как и всего города в целом.
– Боже... Зачем... Зачем нас привели сюда? – шептала Мила. – Это же...
– Ужас, – закончила её мысль Розе́.
– Возможно... Нам пытались показать что-то ещё? – предположила я.
– Думаю, Саша права, – отозвалась Женя. – Иначе как объяснить вон ту мраморную плиту, над которой стоит христианский крест.
– Что?! – удивлённо воскликнула я.
Женя же спокойно указала рукой впереди нас.
Действительно, прямо перед нами стоял небольшой крест, а под ним была плита с какого надписью.
– Скорее туда! – сказала я девочкам и побежала вперёд.
Подойдя к странному монументу, мы начали изучать текст, что был выгравирован на ней.
– Английский... – прошептала я, ознакомившись с надписью.
– Интересно, а почему именно он? – спросила Женя.
– Ну, смотри. Крест довольно новый, следовательно, его заменяли не так давно. Возможно и плиту тоже. Английский сравнительно недавно стал всемирным языком, на котором разговаривают практически все страны. Лет сто-двести назад? Не помню точно.
– Не важно. Дальше.
– Ну... Думаю, что тот, кто эту плиту сюда притаранил, хотел, чтобы любой нашедший её человек...
– Вот прям любой?
– Не придирайся к словам, – я недовольно цокнула языком и стала бегать взглядом по мраморному извочнию в поисках улик. – Так вот. Тот, кто, по идее, должен был найти это послание, в теории мог его прочесть. Возможно, умник или умница, что написали текст, не знали точно из какой страны будет гипотетический читатель. Поэтому для удобства заменяли надпись на язык, на котором разговаривают большинство стран мира. Логично?
– Вполне.
– И, я предлагаю, что такая замена могла быть и не в первый раз.
– С чего ты взяла?
– Посмотри на фундамент.
– Господи, Саша, когда тебе вообще в голову пришло на фундамент смотреть?
– Да посмотри ты, упёртая! Что ты видишь?
– Не знаю? А что должна?
– Плита стоит неровно. Основа под ним слишком велика, да и если к ней присмотреться, то складывается ощущение, что тут уже не раз что-то сносили и возводили заново.
– Боже милостивый, да ты у нас сыщик!
– Не без этого.
– Ага, – Женя безучастно махнула на меня рукой и повернулась к сестре. – Мила, что с текстом?
– Перевожу, – ответила Жене сестра. – Ага... Ну, слушайте. Только предупреждаю, будет коряво. Я не поэт!
– Читай! – гневно воскликнула я.
– "В тишине, на задворках времён
Под безжизненным пеплом гроб стоит.
И под стражей наставниц своих,
Молодая царевна там спит.
Жизнь её окутана тайной
И куда не глянь – всюду ложь.
Но лишь внемля звезде путеводной.
В сердце Тиры ты правду найдёшь."
– И что это значит? – спросила Розе́.
– Молодая царевна, – тихо прошептала я.
– Бинго, – с нескрываемой ноткой радости проговорила Женя.
– Каковы ваши ставки, что это – Святая Ирина? – подмигнула я подруге.
– Эх, я бы сейчас такой куш сорвала, – протянула Женя, кинув на меня ехидный взгляд.
– Осталось решить куда нам. Ведь точное местонахождение Пенелопы нам так никто и не дал.
– В смысле не дали? – подруга недоумевая выгнула бровь. – Саня, включай внутреннего Шерлока. Он у тебя барахлит.