— Мы рады, что ты достаточно окрепла, чтобы разделить с нами трапезу, – произнесла тетка Аделин, грациозно разливая искрящееся вино. В ее голосе прозвучала паточная доброжелательность, от которой у Астры мгновенно вспотели ладони. Добрая тетушка – предвестник неминуемой бури.
— Благодарю, тетя, – ответила она, стараясь не выдать дрожь в голосе, и сделала осторожный глоток вина. Вкус… показался странным. Навязчивый мятный привкус. Слишком свежий.
«Что это?» – промелькнуло в голове. – «Меня пытаются отравить?»
Камио немедленно вмешался.
Он тихонько хихикнул, активируя защитный контур в ее желудке, и мысленно прокомментировал ситуацию:
— Нет, дорогая, это всего лишь мелисса. Нежный транквилизатор. Не все, что блестит, — яд. Хотя, признаться, от Аделин я бы даже безобидную булочку проверил на наличие смертоносных шпионов.
Астра безмолвно вздохнула, решив просто следовать правилам игры.
Весь вечер прошел, как отчаянный танец на лезвии бритвы: она говорила осторожно, словно взвешивая каждое слово на apтекарских весах; следила за интонациями, безупречно соблюдая этикет; помнила, когда нужно вовремя замолчать, словно опытный шулер, сбрасывающий ненужную карту; отвечала уклончиво и сдержанно, стараясь не озарять лицо фальшивой улыбкой. И, слава звездам, ни разу не сорвалось с языка оскорбительное прозвище Теодора: «айсберг в штанах».
Камио и Ремиэль наблюдали за ее усилиями с нескрываемым восхищением.
— Прямо как на смертельном экзамене, – заметил Ремиэль. – И, надо признать, она справляется превосходно.
— Держится молодцом, – промурлыкал Камио, отпивая, как ни в чем не бывало, из призрачного кубка. – Подумаешь, вилка лежит не с той стороны тарелки, взгляд выдал слишком живой интерес. Главное – она не сломалась.
Кульминация наступила, когда отец обернулся к ней и задал решающий вопрос:
— Ты уверена, что готова вновь вернуться в общество? К балам? К тягостным дворцовым обязанностям?
"НЕТ! НЕТ! НЕТ!" – надрывно вопила душа, запертая в клетке благопристойности.
— Безусловно, — прозвучал отстраненный голос. Уверенно. Холодно. Без тени колебаний.
Камио театрально захлопал в ладоши:
— Браво! Маска выкована из несгибаемого железа! Наша девочка, наша восходящая звезда!
Ремиэль скептически хмыкнул:
— Пока да. Но долго она так не протянет. Ей необходим наставник. Проводник в этом змеином клубке интриг и лицемерия. Кто-то, кто…
— …кто сможет научить ее быть Астрой, не становясь при этом Астрой, – закончил фразу Камио. – Да уж, не знаю, кого ты имеешь в виду, старый лис, но надеюсь, что это не моя забота.
Оба не отрываясь смотрели в магический шар. На мгновение воцарилась тишина, полная скрытого напряжения. За столом Астра вдруг подняла глаза и впервые за вечер одарила их спокойной, чуть снисходительной улыбкой. Почти как настоящая Астра. Почти… Слишком идеально.
Ремиэль невольно отшатнулся назад:
— Она начинает вживаться в роль. Камио медленно проговорил:
— Да. И боюсь, это уже не просто игра.
3 глава
Коридоры замка разверзались, словно пасть древнего чудовища, поглощая свет в бездонной тьме. Лишь жалкие огоньки масляных светильников и багровые отблески грозы, безумным танцем плясавшие на витражах, осмеливались пронзить этот мрак. Каменные стены источали ледяное дыхание вечности, и каждый шаг Астры отзывался гулким эхом, словно замок, живой и всепомнящий, вплетал её поступь в свою каменную летопись.
Астра двигалась с выверенной медлительностью, её походка – заученный танец, где каждое движение отточено до совершенства, словно репетиция перед роковой премьерой. Но за маской ледяной уверенности бушевал хаос: усталость свинцовой тяжестью тянула к земле, а страх, подобно ядовитому плющу, обвивал сердце, нашептывая о мрачных тайнах, что скрывались под позолотой этой обманчивой жизни.
За поворотом её ждал он – Теодор.
Неподвижный, словно изваяние изо льда, он прислонился к колонне. Руки скрещены на груди, а на лице – маска вечной надменности, словно высеченная на кости: "Я здесь случайно, но разочарую вас с безукоризненной элегантностью, если потребуется".
– Ты не изменилась, – слова упали в тишину, как камни в бездонный колодец. Голос – глубокий, ровный, лишенный тепла, словно зимний ветер, пронесшийся над заброшенным кладбищем. Лишь едва уловимая дрожь выдавала бурю, скрытую за ледяной маской.
Внутри Астры раздался отчаянный лай Камио, её внутреннего голоса, кричащего в панике: "НЕ РЕАГИРУЙ! НЕ ДЫШИ! НЕ ДУМАЙ! Просто кивни и уйди! Конец представления! Занавес! Хватит с тебя романтических самоубийств на сегодня!"