Весь зал замер в ожидании. Даже оркестр замедлил темп, словно в предчувствии рокового взмаха дирижерской палочки – или воли самой судьбы.
Астра не отвела взгляда. Ни на мгновение.
"Это – опасно. Это – не по плану. Это – шанс."
— С удовольствием, — ответила она спокойно, без единой нотки колебания в голосе.
Он взял ее за руку.
И весь зал выдохнул, словно разом освободившись от невидимого гнета.
Музыка вспыхнула с новой силой, и они закружились в танце. Сначала – осторожно, словно пробуя друг друга. Потом – быстрее, смелее. Платье струилось вокруг нее, словно сапфировый водопад, отражая свет люстр и превращаясь в живое пламя.
Он не произнес ни слова – но держал ее крепко, словно боялся, что она исчезнет.
Она – не искала слов. Но танцевала так, словно всю жизнь ждала этого момента. Не ради него. А ради самой себя.
— Она прекрасна, – выдохнул Ремиэль.
— Она живая, – ответил Камио. — И если кто-нибудь посмеет сломать ее снова…
— …мы сломаем его первыми, – закончил Ремиэль.
Музыка замерла на последней ноте, словно околдованная, растворяясь в бархатных сводах дворца, унося с собой безмолвное восхищение сотен глаз. Астра отступила, словно от прикосновения раскалённого металла, едва заметно склонив голову в безупречном поклоне. "Всё в рамках приличий", – шепнул внутренний голос, но сердце отбивало тревожную дробь, предчувствуя надвигающуюся бурю.
— Благодарю за танец, Ваша Светлость, — слова прозвучали кристально чисто, но в их глубине таилась хрупкость первого льда.
— И я вас, леди Астра, — отозвался он, и в едва заметной улыбке скользнуло нечто, что ускользало от её понимания.
"Ты выдержала первое испытание. Но это лишь врата, за которыми простирается лабиринт интриг."
Астра отплыла, не оглядываясь, её сапфировое платье скользило по паркету, а шлейф тянулся следом, подобно реке ночи, сотканной из теней и грёз. Серебряная вышивка и жемчужные россыпи на корсете ловили отблески света, превращая каждый изгиб в тайное послание, каждый стежок – в оберег от невидимых ран. Мантилья из призрачного инея, словно лунное облако, окутывала плечи, её вышивка – сплетение лунных трав – источала едва уловимый аромат тайн. Волосы, собранные в строгий узел, были пронизаны нитями платиновых цепочек, мерцающих, словно первый иней на заре.
"Ты – ледяная роза. Твой расцвет слепит глаза. Но никто не видит, что под лепестками скрыты лишь шрамы на израненном стебле."
— Идём? — голос Элинор, кузины Астры, прозвучал нарочито легко. — Нас уже ждут.
— Где? — Астра позволила себе лёгкую усмешку.
— В жерновах пересудов, конечно. Ты вновь в центре внимания. Пора платить по счетам.
Астра, словно марионетка, позволила увлечь себя в этот причудливый хоровод интриг.
— Не дрогнула. Ни тени страха, — прозвучал тихий голос Ремиэля, наблюдавшего за ней с высоты дворцовых балконов.
— Она знает, что мы – её тень, — лениво протянул Камио, паря над хрустальным шаром. — Кто посмеет отравить её вино – захлебнётся собственной желчью.
— А если её попросят станцевать забытый танец?
— Мышечная память, щепотка колдовства – и она воспарит. Или, как истинная королева, импровизирует. Она рождена для этого.
Второй акт бала разворачивался вокруг Астры – придворная охота, где добычей должна была стать её слабость.
— Леди Астра, шепчут, вы провели долгие годы в уединении, — графиня Мерисса склонила голову, скрывая злорадную улыбку. — Это было… добровольно?
— Столь же добровольно, как и участь большинства женщин в этом зале, — парировала Астра, принимая предложенный бокал.
В зале кто-то закашлялся, кто-то украдкой улыбнулся, оценив остроту её слов.
"Слишком язвительно. Умерь пыл, дитя моё…" – прошептал Камио, словно лёгкий порыв ветра, касаясь её сознания.
— Но, как ни странно, одиночество исцеляет лучше, чем яд светских бесед, — Астра поднесла бокал к губам. — Особенно, когда речь идёт о кровоточащих ранах.
Мерисса отступила, ошеломлённая, но не сломленная.
Пока Астра удерживала равновесие, в глубине зала началось едва уловимое движение, словно хищник крался к своей жертве.
— Этот юнец… из свиты Святой, верно? — нахмурился Камио, разглядывая светловолосого юношу с печатью Небесной школы на рукаве.
— Вальтен, младший целитель. Невероятно амбициозен.
— И крайне опасен в её окружении.
Он приблизился к Астре, кивнул с преувеличенным почтением:
— Леди де Эмириэль. Рад лицезреть вас в добром здравии. Ваша изоляция вызывала… беспокойство.
— Неужели? — её голос был холоден, как дыхание зимней ночи. — Рада, что послужила столь благодатной почвой для сплетен.