Рикардо нахмурился.
— Хм. Значит, мне показалось.
Астра осторожно выдохнула и позволила себе едва заметную, почти неуловимую улыбку.
— Иногда люди склонны видеть то, что желают увидеть. Или то, чего больше всего боятся.
Её слова были произнесены осторожно, но с той долей игривости, которая могла показаться естественной в свете их двусмысленной беседы.
Ремиэль сухо хмыкнула где-то в глубине её сознания.
Неплохо. Ты быстро учишься. Но не играй слишком беспечно. Ему нельзя доверять безоговорочно.
— Возможно, вы правы, — отозвался Рикардо. Он сделал шаг ближе, и Астра ощутила, как по спине пробежал неприятный холодок. — Но перемены… редко бывают безопасными.
Он смотрел с такой обжигающей пристальностью, что ей пришлось отвернуться, притворившись, что разглядывает алые розы, тонущие в полумраке. Лунный свет нежно касался их бархатистых лепестков, превращая их в серебро.
— Иногда, — прошептала она едва слышно, — именно перемены и спасают.
В этот миг Астра сама не могла сказать наверняка, кому предназначался этот ответ – ему или ей самой.
Они молчали. Вода мерно падала в чашу фонтана, розы источали пьянящий пряный аромат. Где-то вдалеке доносились отголоски музыки с бала, но здесь она звучала едва слышно, словно призрачное эхо далёкого праздника.
Камио тяжко вздохнул, словно измученный менестрель, чьи уши устали от фальши юных голосов.
— Ну вот и всё. Теперь у нас прибавилось забот. Этот Ванар чересчур проницателен для своей роли.
Ремиэль, скрестив руки на груди, изучала Астру сквозь зыбкую глубину магического шара.
— Не стоит драматизировать, Камио. Это всего лишь партия. И если она сыграет её достойно, её роль засияет новыми красками.
Камио в отчаянии схватился за виски.
— Да не в этом суть! Сюжет трещит по швам, словно замок из мокрого песка под натиском волны! Ещё немного, и нам придётся переписывать канон заново!
Астра, отрезанная от их лихорадочных споров, всё ещё ощущала давящую тяжесть взгляда Рикардо. В нём не было прямого обвинения, но и облегчения он не сулил. И впервые её пронзила мысль: истинная опасность таится не в магии, а в тех, кто слишком близко подошёл к завесе её тайны.
Приглушённые звуки бала едва доносились сквозь густую пелену садового воздуха, пропитанного влажным благоуханием роз и свежим дыханием фонтанов. Рикардо, словно тень, скользил по прохладным каменным плитам, пока не возник прямо перед ней. Луна безжалостно вычерчивала острые грани его лица, отбрасывая длинную тень на Астру.
— Леди Астра, — произнёс он тихо, — осмелюсь ли попросить вас ответить на один вопрос?
— Ох-хо… начинается, — простонал Камио в её сознании, словно предрекал казнь. — Держись, девчонка! Оступишься сейчас, и прощай сюжет, здравствуй апокалипсис!
Ремиэль же, напротив, отреагировала с убийственным спокойствием.
— Сосредоточься. Вопросы, как клинки, – принимай их на гибкость, а не на прочность.
Астра едва заметно моргнула, пряча волнение за маской безмятежности.
— Я внимательно слушаю вас, милорд.
Рикардо слегка склонил голову, и в его голосе промелькнула непривычная мягкость.
— Какое место в детстве было вашим самым сокровенным?
Кровь отлила от лица Астры. Вот чёрт. Он проверяет. Настоящая Астра, несомненно, хранила в сердце уголок воспоминаний. Но откуда это знать ей?
— Ну? — прошипел Камио. — Отвечай же! Скажи "кухня"! Все любят кухню. Кухня – это беспроигрышно!
— Кухня? — чуть не вырвалось у Астры, но она вовремя прикусила язык.
Ремиэль сдержанно вздохнула.
— Даже не думай. Если ты назовёшь кухню, он решит, что ты якшалась с поварами за спиной у мужа. А эта Астра никогда бы не опустилась до этого.
— И всё же? — Рикардо едва заметно приподнял бровь. — Сад? Библиотека? Бальный зал?
Астра лихорадочно пыталась собрать ускользающие мысли. Сад? Слишком банально. Библиотека? Астра терпеть не могла книги… по крайней мере, прежняя.
— О! — воскликнул Камио. — Скажи… кладовая с платьями! Идеально! Она же была нарциссом, обожала наряды. Сработает как по маслу!
— Не стоит, — резко оборвала его Ремиэль. — Слишком примитивно. Он подумает, что у тебя вместо души – вешалка. Выбери что-то красивое, но с привкусом меланхолии.
— А что, по-твоему, самое трагичное место в детстве? Отхожее место во дворе?! — возмутился Камио.
Астра едва сдержала смех, лишь слегка коснулась кончиками пальцев волос, словно поправляя причёску.
— Моим любимым местом, — наконец произнесла она, выдержав паузу, — была терраса на южной стороне поместья. Оттуда открывался вид на море. Я проводила там целые часы, предаваясь грёзам.