Задрав кверху нос, и держась с величием как минимум наследной принцессы, Саша покинула зал, но оказавшись в просторном холле, бросилась к себе наверх, чтобы переодеться.
Позже она нашла Митю в беседке, где они и договаривались встретиться. Он задумчиво следил за облаками проплывающими по чистому небу. Митя уже успел переодеться, и причесаться, чтобы у Мартины, если он вдруг снова попадется ей на глаза, не было больше поводов отчитывать внука. Теперь на нем были: небесно–голубая футболка поло, темно синие джинсы, и белые, мокасины из мягкой кожи.
На самом деле, Митя не очень боялся угроз о вечернем разговоре, он знал, что бабушка всегда его прощала и слепо доверяла. Он как–нибудь выкрутиться, но Александра… с ней дела обстояли иначе, Мартина уже потирала руки, представляя как будет перевоспитывать девушку, получив полную свободу действия от заботливого родителя.
Солнце уже прошло свой круг по небосклону, и в послеобеденное время не так грело как с утра. С озера подул прохладный ветер.
Митя сидел на скамейке, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу.
Вдруг за спиной, он услышал посторонний шум, будто кто–то пошевелил растущие рядом с беседкой кусты. Митя напрягся. Звуки затихли. Он подался вперед, делая вид, что изучает что–то на полу беседки, и когда звук повторился, резко вскочил и обернулся.
— Алекс! — воскликнул он, увидев в кустах довольное лицо сестры.
— Что ты дергаешься? — выбираясь из кустов, усмехнулась Александра, — твоя бабка настоящий цербер. Я думала никогда не вырвусь из ее цепких лап. Из–за нее, пришлось даже пропустить обед.
Митя кивнул головой в сторону корзиночки, с заранее приготовленной едой, которую он любезно захватил со стола, зная какой Мартина может быть беспощадной, когда что–то противоречит нормам ее этики.
Саша улыбнулась благодарной улыбкой, и с жадностью напала на бутерброды. Она тоже переоделась. Теперь на ней было легкое платье и тряпочные балетки. Волосы, она распустила по плечам.
— На чем мы остановились? — дожевывая бутерброд, задумчиво спросила Саша. — Ах, да! Карта. Где она?
— В твоей обеденной корзинке.
Саша вытерла руки, и осторожно, двумя пальцами, извлекла из корзины свиток. Расположившись уютно на полу беседки, Митя и Саша развернули заветный свиток.
— Этого не может быть! — громко проглотив кусок недоеденного бутерброда, воскликнула Саша.
— Что? Что ты там видишь? — пытаясь рассмотреть то, что так заинтересовало Сашу, спросил Митя.
— Я долго думала, что же это за линия проходящая через всю карту и поняла, это — карта Древнего Египта, а эта, как ты выразился дохлая змея — священный Нил.
— Египта? Ну это логично, твой отец египтолог, что еще он мог привезти и спрятать.
— Да, конечно, — согласилась с таким неоспоримым и очевидным фактом, Саша, — но я же говорю, это не просто, это карта Древнего царства, времен правления Джосера, Хефрена, Сети. Этой карте, не менее, пяти тысяч лет. Вот почему папа так старательно прятал ее, в ней что–то скрыто, что–то, что может быть безумно увлекательно.
— Увлекательно, и опасно! — у Мити загорелись глаза, — А ведь опасность мое второе имя. А там что–нибудь говориться о несметных богатствах?
— Не знаю. — Саша покрутила карту в руках. — Вот здесь, вдоль течения Нила, указанны города, многие из них уже давно исчезли. Мемфис, современный Хелуан, пригород Каира, Иуну, известный как Гелиополис и многие другие.
Саша легко могла прочитать знакомые иероглифы, так как в свое время изучала азы иерографики, но так как терпения до конца ей так и не хватило, то все и закончилось на именах фараонов и названиях городов.
Восторг в глазах Мити сменился недоверием, он внимательно посмотрел на сестру.
— Что ты видишь на этой карте? — серьезно спросил он.
— Я же говорю, города, памятники, но одно место особенно занимательно. А почему ты спрашиваешь?
— Лекс, мне не хочется разочаровывать тебя, но скорее всего виной твоим галлюцинациям, твой затворнический образ жизни. Твоему надо было почаще выгуливать тебя.
— О чем ты?
— На этой карте, ничего нет, кроме — Митя ткнул пальцем в тонкую линию изображающую Нил, — кроме вот этой кривой.
— О чем ты говоришь? — искренне удивилась Саша.
Она вновь взглянула на карту, и отчетливо увидела знаки нанесенные на нее возможно очень, и очень давно. Почему Митя не видит этого? Наверно он просто издевается над ней.