В связи с этим Абраини однажды сделала нечто неслыханное для ее семьи: она попыталась научить других девочек Нуоро готовить это блюдо.
— Результат вышел так себе, — признается она. — Много лет назад две девочки сказали, что хотят научиться делать эту пасту, и попросили меня показать им, как это делается. Как раз в то время я готовила су филиндеу для Сан-Франческо, так что я согласилась. Они приехали на три дня, а когда увидели весь процесс, всю эту ручную работу, сказали: «Это очень тяжело» и больше не вернулись.
В другой раз племянница Абраини сняла видео, как та готовит су филиндеу, и выложила его в Интернет.
— Там был показан каждый шаг приготовления, вся техника, — говорит Абраини, помахивая кончиками пальцев. — Однажды к нам пришел мужчина, страшно огорченный, что его мама посмотрела эту запись и не смогла повторить увиденное, и сказал, что видео специально сделано неправильно, что наверняка есть еще какие-то секреты. Я ответила, что никаких секретов нет, все показано на камеру, просто требуется много времени и упорного труда. И что же он сделал? Он позвонил мне на следующий день, очень рассерженный, и сказал, что у его матери по-прежнему ничего не получается. Тогда я отказалась от попыток обучать посторонних. Если больше никто из нашей семьи не захочет взяться за ремесло и научиться ему, эта паста попросту однажды исчезнет.
А потом, несколько лет назад, произошло нечто неожиданное. Я на недельку вернулся на Сардинию и случайно узнал о су филиндеу от одного пастуха в Нуоро. Потом Абраини пригласила меня к себе домой, через несколько недель я вернулся и написал небольшую статью о ней и об этом священном сардинском обряде для BBC Travel. Статья стала самой читаемой на сайте за год, она «познакомила су филиндеу с внешним миром»{104}, как выразилась одна сардинская газета. Вскоре люди со всего мира стали съезжаться в этот городок на вершине холма в надежде встретиться с Абраини и спасти редчайшую в мире пасту от исчезновения.
— Вы даже не представляете, сколько людей приехало искать меня! — сказала Абраини, наливая нам с Тонино по рюмке домашнего ликера мирто. — Приходил шеф-повар Йотам Оттоленги. Затем в дверь позвонил Горацио Пагани, автопромышленник: он явился в компании пятнадцати сотрудников и сказал, что не может покинуть Сардинию, не встретившись со мной. У нас под окнами стояли автомобили стоимостью по два миллиона евро! Шеф-повара из Канады просили меня научить их. Женщина из Греции, прочитавшая вашу статью, позвонила мне и предложила 500 евро за один урок, а я вежливо отказала, и она расплакалась в трубку.
Я нечаянно стал частью истории, которая мне не принадлежала, и от этого чувствовал себя не очень комфортно. Несколько лет спустя, снова сидя на их кухне, я извинился перед Паолой и Тонино за то, что вызвал, по словам Паолы, «давку» из желающих научиться готовить су филиндеу.
— Нет, нет! Мне же только в радость! — сказала Абраини. — Вы помогли мне показать су филиндеу всему миру. Раньше, если бы те немногие, кто хотел научиться, приложили усилия, я бы, возможно, научила их. Но сейчас, в моем возрасте, я уже не хочу учить никого, кроме членов своей семьи, просто из уважения к моей свекрови и традициям, которые в свое время передали мне.
Понятно, что на Сардинии это вызвало немалую панику.
— Без филиндеу не будет Сан-Франческо, поэтому мы беспокоимся о будущем, — сказал мне распорядитель праздника Франческо Лой. — Мы говорим о священном обряде, который необходимо сберечь. Очень многие люди полагаются на золотые руки этих женщин.
Он прав. История Сан-Франческо, может, и связана с разбойником, но его почитает целый остров, и почти у каждого сардинца, с которым удается побеседовать, обязательно найдется история о том, как этот святой и его священное воплощение каким-то образом повлияли на их жизнь.
Ладу, тот самый босоногий паломник, за которым я следовал от Нуоро до храма, дал Святому Франциску обещание 47 лет назад, когда его мать уже пребывала на смертном одре:
— Она уже приняла последние таинства. Врачи сказали мне, что они ничего не могут сделать, — рассказывал он через час после восхождения по осыпающемуся склону холма. — Я помолился Святому Франциску и сказал: «Если ты спасешь мою мать, дважды в год буду босиком совершать этот пусть во имя твое». Она прожила еще 35 лет и умерла в 91 год, а я сдержал свое обещание.