– Оставьте нас.
Толпа вмиг улетучилась.
– Что произошло?
– Никого мы не убивали! – крикнула Джил, ее глаза наполнились слезами, – мы просто хотели спасти человека.
– Ваши слезы здесь не помогут. За свои поступки будете отвечать перед судом! Вы применили силу Хранителя против смертного, это карается небесным законом. Похоже, кто-то плохо исполняет свои обязанности, раз Хранители совсем распоясались.
Архангел почувствовал, как Петр буквально давит на него взглядом, но проявил крепость духа и не поддался на провокацию. Он продолжал спокойно говорить:
– Девушки утверждают, что никого не убивали. Почему же ты считаешь иначе?
– Да, того мужчину сам бандит прикончил, мы не успели его спасти. – продолжала оправдываться Джил.
– Спасти смертного – благородное дело.
– Нас вынудили применить силу.
– Вы могли справиться и без нее. – Двухметровый Архангел сжал кулаки в негодовании. – Применение силы Хранителя против смертных строжайший запрет. И неважно, грешник ли перед вами или святой. Вам дана сила, чтобы защищать человечество, а не губить его. Вмешиваясь в жизни людей, вы меняете нити судьбы. Да, мужчина погиб, однако его смерть должна была стать ключом в развязке преступной группы грешников, а вы только все сильнее запутали. К тому же вы явно не собирались останавливаться в своем правосудии.
– Мы поступали по справедливости! – не выдержала Азмари, – на данный момент это было единственно верное решение. Мы не знали о ваших планах и задумках. Вы, ангелы, тоже многое утаиваете! Откуда нам знать, что поступаем не правильно!
– Успокойся, Азмария, – Георгий почувствовал, как защемило рана в груди и он устало присел на кресло. Первый день после Лазарета и то не смог пройти спокойно. Георгий упал в размышления о том, как ему поступить.
– Да от этой силы одни проблемы! – девушка не стала молчать, она начала впадать в истерику, Джил впервые видела ее такой. Прежде холодная, меткая на сарказм девушка плевалась яростью как кобра, спасающая свою шкуру.
Негодование Архангела Петра росло с каждым словом и он снова обратился к Георгию на повышенном тоне:
– Если они так ведут себя здесь с нами, что будет потом? Создатель явно ошибся на их счет.
– Ты сомневаешься в решениях нашего Господа? – проблеск пламени вспыхнул в глазах Архангела. – Помнишь ли чем закончились подобные изречения Иблиса?
Петр замолчал и отвел глаза в сторону:
– Я считаю их надо предать суду.
– Я не отрицаю наличия преступления с их стороны. – Георгий расписался в лежащих на столе бумагах, – однако, в этом случае… Мы не можем позволить Хранителям прозябать в темнице. Создатель сам решит, какого наказания они достойны.
– Но!
– Все свободны.
Мужчина в доспехах склонился лицом к лицу с Георгием и прошипел сквозь зубы.
– Твоя мягкотелость однажды сыграла с нами злую шутку. Ты не достоин этого места.
Загремели латы, и Петр с шумом удалился. Джил с надеждой посмотрела на Георгия, однако не заметила с его стороны никакой реакции, он продолжал подписывать документы большим пушистым пером. Утерев слезы она нарисовала портал и девушки скрылись в светлой завесе. Георгий нервно отбросил перо и пальцами промассировал виски. Ситуация случилась неприятнейшая, отношения с Петром стали еще более натянутыми. Архангел мысленно связался с Создателем, призывая того помочь в разрешении конфликта и излечить душу, не давая упасть в путы гнева и злости.
***
Узкие пальцы скользили по хрустящей ткани, посеребрённые пуговицы поблескивали меж длинных аккуратных ногтей. Зачесанные назад волосы элегантно обрамляли острые, худощавые черты. Затянув ремень, мужчина накинул на белоснежную рубашку плечевую кобуру, увешанную множеством карманов с неизвестным содержимым. Накинутое сверху полушерстяное, полу кожаное пальто свободно свисало. Молодой человек запрятал во внутренние отделы еще несколько колб и метательных ножей. Натянутые кожаные перчатки завершили образ. Он подхватил лежащий на потрескавшемся от времени столе поводок и направился к выходу.