Снег был везде, в волосах, свитере, сапогах… Он мгновенно таял от жара испуганного тела. Страх гнал девушку вниз. Она окончательно заблудилась, беспокойные мысли продолжали призывать на помощь силы, как в прошлый раз, когда ключ заблокировал их. Однако в этот раз было все по-другому. Она их просто не чувствовала. Ее наполняло ощущение, будто бы у нее украли что-то важное и сокровенное. Разогнав панику в голове, до ушей донесся вой. Волки учуяли ее снова. Слезы подступили к ее глазам. Неужели закончится все здесь и сейчас?
«Опять я все неправильно делаю…»
Яркие словно свечки глаза подступали все ближе. Рычание приближалось, чавкающие звуки холодили нутро. Девушка обернулась, чтобы встретить смерть лицом к лицу. Однако ноги, гонимые инстинктом все-таки двигались назад. Внезапно ступни начали проваливаться в глубину. Снежный сугроб стал засасывать Мэген вниз. Она соскользнула в пропасть.
Наглотавшись снега, Хранитель кубарем скатилась вниз. Руки тщетно пытались зацепиться. Упав в глубокий снег, дрожащие ноги едва поднялись и побрели. Ноги просто несли ее, утопая в снегу, однако они снова поднимали ее. Расшатанное сознание просто отключалось. Тело несло девушку из последних сил, пока совсем отчаявшись, не повалилось мешком в холодный снег. Не желая оставаться голодными хищники осторожно спустились к ней. Волки держались на отдаленном расстоянии. Они не знали, что еще ожидать от столь непредсказуемой жертвы. Однако инстинкт и опыт говорил, что столь долго преследуемая еда всегда падала к ним на праздничный стол. Погоня была выиграна и волки, проверив дичь, воем ознаменовали победу.
Длинные ресницы едва приподняли глаза, зрение так же было мутным. Губы едва шептали:
«Помогите…папа, брат…».
Громкий мужской голос разрезал сознание, она не понимала, что он кричит. Мозг, погружавший ее в мир грез, являл странные галлюцинании, наречия и тени. Блестящие огоньки волчьих глаз замерцали и исчезли во тьме.
Сознание провалилось.
***
Прихрамывая, Хранитель двигался к машине. Мотоциклетная куртка, порванная в нескольких местах, пропиталась кровью. Хубаджи облегченно улыбнулся, мысленно благодаря спасителя. Окровавленные пальцы не слушались, голова трещала, однако он продолжал вытаскивать жену из под искорёженной машины:
‒ Гэби, Гэби, родная…
Женщина слегка покашляла и приоткрыла залитый кровью глаз, она увидела в лучах утреннего солнца мужа и попыталась сказать, что-то. Однако боль в груди не давала ей этого сделать. Афроамериканец помог мужчине подложить под голову пострадавшей свою куртку. Фарид оглядел ранения юноши и силой сжал израненное плечо спасителя.
‒ Сейчас вызову помощь, ‒ Хранитель достал из кармана джинс избитый в нескольких местах телефон. Техника не слушалась, однако проведя лишь пальцем Хранитель молний заставил даже безжизненную электронику работать. Вызвав полицию и спасателей, молодой человек залился кашлем.
‒ Регенеративные тату, как я раньше не заметил, кха, ‒ афроамериканец снова сплюнул кровью и направился навстречу. Из последних сил он образовал в руках живую молнию.
‒ Ох, ну мы это уже проходили, ‒ Жиромо был вне себя от радости. ‒ Просто отойди и умри спокойно. Тем более ты проиграл уже тогда, когда моя катана достигла тебя.