Хранители. Дары небесные

‒ Паша, сзади! – раздался пронзительный крик.

Оборотень развернулся, но не успел отразить атаку, и острое зазубренное копье вонзилось ему в правый бок. Почувствовав острую боль, Павел схватился руками за лезвие и с усилием одернул оружие с рук врага. Однако однорогий минотавр не стал терять драгоценные минуты, схватив у лежащего в ногах поверженного воина блестящий топор, замахнулся на Хранителя. Длинные и острые, словно бритва, зубы вонзились в шею быка. Откинув в сторону обмякший труп, Олег ринулся к парню и подхватил того на руки. Здесь оставаться было нельзя. Серьезное ранение не предвещало ничего хорошего, и бурый оборотень, опасаясь за жизнь брата, скорее покинул место битвы.

Хозяин был в бешенстве. Весомая фигура полубыка, занимавшая крепость, повалилась и с треском разбилась об пол. Стратегия Архангела сработала. Выругавшись в сторону минотавров, мужчина в черном костюме пошел прочь от сведущего стола, пройдя несколько кругов по залу, вернулся к другому краю карты. Его взор остановился на небольшой группе красных пешек в ущелье. Подумав, рука хозяина потянулась к ним, как вдруг, откуда ни возьмись, на карте выскочило несколько желтых фигур. Они окружили красных, постепенно сдавливая кольцо. Несколько демонических пешек повалилось и рассыпалось. Следом же все фигуры, находившиеся в ущелье, провалились в карту, словно их и не было. Это вызвало большое недоумение у Хозяина. Пытаясь сохранить спокойствие, он попробовал восстановить две оставшиеся пешки, но тщетно. Эта ситуация снова подогрела в нем злобу. Нервно щелкнув пальцами, он огляделся:

‒ Так, а где эти три новые фигурки?

Скрипнула дверь.

‒ Зунзибар, рад видеть тебя. Что ты узнал?

Несколько потрепанный змей выложил все, что выведал у торговца диковинок и как прошла битва в пустынном измерении:

‒ Если бы не он, я бы их не смог найти. – Он достал из-под кожаного жилета необычный предмет в виде глаза, вставленного в ромбоидную решетку. Хозяин довольно улыбнулся.

‒ Ты меня порадовал. Вот как… сила с рождения. Значит, она была аккумулирована все это время. Даже не трансформируясь тебе досталось, а если и обратятся?... М-м-м! – нечисть сладострастно прикрыл глаза. – Они очень сильны. Мне нужно скорее выбраться отсюда. Зунзибар, приступай немедленно к поиску ключей. Теперь с этим тебе будет намного проще. Мне не терпится встретиться с новыми Хранителями.

***

Рамуил вел Джил за собой по серебряным, витиеватым лестницам. Она молчала. Взгляд был отрешенным и задумчивым.

‒ Ты готова? – спросил ее ангел.

‒ Я уже не знаю, к чему быть готовой. – Ответила она, выдержав перед этим продолжительную паузу. – После того, что я пережила, мне, наверно, остается только слушаться того, что говорят.

‒ Что же случилось с тобой? – белокурый юноша несколько улыбнулся, ожидая, что Джил за время обучения стала глубоко познающей, мудрой и рассудительной девушкой.

‒ Что? Да меня замучили!

Улыбка ангела исчезла, и он понял, по интонации собеседницы, что это все та же Джил, болтливая, эмоциональная и впечатлительная. Ему приходилось иногда приглядывать за ней пару лет назад, тогда Рамуил еще не знал, что эта земная девушка новый Хранитель. Только Херувимы знали кто оденет покров Хранителя. Как говорил Георгий «на все воля Создателя». Рамуил вспомнил, как уставал от ее болтливости, как качал головой от глупых поступков и решений, как желал направить или подсказать. Но вмешиваться в дела земных существ ангелам было непозволительно. При всех промахах, в своей подопечной он видел и внимательность к окружающим, ранимость, чистоту эмоций. И восхищался этим. Мало кто, за кем ему приходилось приглядывать ранее, мог чистосердечно говорить:

«Я люблю тебя», «Ты дорога мне»,

«Я счастлива», «Мне грустно»,

«Побудь со мной».

Люди часто скрывают истинные чувства, они красивы и глубоки, даже гнев и злоба окрашивает человека в цвета и придает ему жизни. Искренность в том времени, в котором жила Джил не ценилась, от того, и девушка страдала.