«Сейчас бы мне не помешало колдовство Азмари, ха-ха-ха».
Колдовство…трудно было поверить, что она теперь не простой человек. Все эти чудеса, метания огнем, полеты…словно совершенно вымышленная история из книг для подростков. Однако то это ее путь, новый и неизведанный. И как же совмещать прошлое и нынешнее? Как так устроить все гладко, чтобы никто не замечал ее сверхъестественных способностей, долговременного отсутствия? Ведь Джил вела довольно активную социальную жизнь.
«Как мне теперь успевать присматривать за пенсионерами из пансионата? А стажировка в больнице? Ведь нельзя оставлять пациентов… - озадачилась девушка – надеюсь, что мои обязанности не станут частым явлением.»
Резкий плач пронзил стены квартиры. Послышались скорые шаги, и мимо открытой двери пронеслась мама Джил. Такая же светловолосая и худощавая. Увидев, что дочь не спит она обрадовалась и велела скорее помочь с завтраком. Спустя несколько минутвся семья собралась на кухне. Роуз МакВалентайн, так звали маму Джил, кружилась около плиты, пока остальные ожидали за столом. Глава семейства, отчим Джил и отец мальчика, просматривал на своем планшете утренние новости и изредка покачивал головой. Он уже довольно давно вошел в их семью и не вызывал ни малейшего раздражения у Джил. Девушка понимала, что женщине в любом возрасте необходима любовь и поддержка. Тем более Генри МакВалентайн, не смотря на всю серьезность характера, любил Роуз. С Джил он был несколько холоднее и отстраненнее, поначалу девушку задевало данное отношение, однако вскоре приняла это как одну из занудных черт. В нос врезался сладкий запах утренних блинчиков, на что блондинка почти пустила слюнку, но удержалась от этого неприличного безобразия. Вскоре она дождалась своей порции и в несколько мгновений опустошила тарелку. Протянув ее маме, она щенячьими глазами выпросила добавки.
‒ Мама, сто лет не ела твоих блинчиков!
‒ Господи, Джил, ты только вчера их уплетала.
‒ Как вкусно! Как мне надоели эти рисовые лепешки и отварные овощи! Видеть не хочу эти брокколи и кукурузу…‒ девушка поперхнулась, поймав недоуменный взгляд родителей.
‒ Я никогда не готовила подобное.
‒ А надо бы, – укорительно взглянул исподлобья отчим.
– Это-о…нас в больнице так…кормят…Мам, лучше не надо. Приготовь сегодня что-нибудь вкусненькое! Курочку в меду или о! Я знаю! Пиццу! Или рыбку, как ты умеешь, яблочный пирог!
‒ Леди, что с вами? – удивилась мама. – Я не собираюсь столько готовить! И, может быть, сегодня ты подумаешь над нашим ужином?
‒ М-м-м…-Джил смогла лишь надуть недовольно губки, ведь готовить она не любила больше, чем безвкусицу на подиумах Франции, ей проще было заварить быстрорастворимую кашу, чем колдовать над плитой.
Завтрак подошел к концу. Генри поспешно собирался на работу, Роуз, отправилась с Беном в детскую комнату, они сегодня по расписанию идут на развивающие занятия в школу. А Джил предстояло закончить уборку в комнате. Едва девушка вошла в комнату, как раздался устрашающий грохот. Гардероб затрясся и покачался словно живой. Блондинка резко открыла дверцу, ожидая неприятностей, однако перед ней предстала весьма забавная картина. Среди развешанных платьев и разноцветных кофточек, смявши друг друга, словно кильки в банке, стояли Мэген и Азмари. Подруги не успели вымолвить и слова, как Джил резко захлопнула дверцу.
‒ Что случилось? – вбежал в комнату настороженный Генри. А за ним и мама Джил.
‒ Э-э-э…все в порядке, просто полка сломалась, платья повалились вот и все.
‒ Ох, Джилинда. – вздохнула мама.
‒ Посмотрим, может ничего серьезного. Если что, сегодня заеду за уголками.