‒ А я смотрю, ты такая чистюля, Абрагхиз! – громила-старшина прищурил один глаз.
‒ Командир, сами посудите! Мы еще от прошлой стычки не отошли, а нас уже кидают сюда, да и против кого! Против самого Георгия, – заныл в другой части отряда прислужник нечисти.
‒ Да и вообще, все эти бесполезные нападения на круги. Нас словно на плаху отправляют. Бездумная стратегия у Хозяина, – завыли уже с другого конца.
‒ Я Патрисси уже полгода не видел, мои бесята растут, я не замечаю. Как им жить, если все никак не двигается.
‒ Поддерживаю, постоянные задания! Голод, холод. Болезни начали наступать. Нас выкашивают. Хозяин нас использует как ружья, а сам сидит там! Пошел бы и повоевал!
‒ Да! Точно, помнится он как петушился, самый сильный, самый мощный. Ну и что? Где он сейчас? Мы воюем, а нашего короля в глаза не видели.
‒ Да командир, давай по-честному! – сказал Даррига грызя корку хлеба, – сам то, когда в последний раз шлюху нагибал?
‒ Я тебя сейчас, самого на колени поставлю, ‒ он грозно подошел вплотную задире с обрезанным ухом, но тот не шелохнулся. Уверенной в своей юной силе, молодой демон удерживал рукоять кинжала наготове. – Задираешься, молодняк! Шлюхи всегда будут, а мы делаем великое дело. Мы элитный отряд, должны держать репутацию, а вы раскиселились! Словно паршивое пиво из «Шелухи».
‒ Уже пару сотен лет все это вокруг напоминает паршивое пиво. Возможно, пора сменить бармена?
Громила одним ударом повалил юношу на траву, удерживая его руку с кинжалом вдали от своего лица. Зажав горло молодому воину, он шипел бранные выражения на темном косноязычии. Мало кто уже помнил этот язык. На нем могли говорить лишь те, кто смог застать самые темные времена.
‒ Ты даже понятия не имеешь, через что пришлось пройти нашим душам. Вы думаете, что Адовая воронка самое страшное место? Ни черта. Ад был здесь. Он скосил много хороших черных душ. Время, когда Хозяин исчез, стало самым темным для этих земель! Вы ни черта не знаете, что было тогда. Ноете как бабы, а на самом деле живете в роскоши, не замечаете, что уже сейчас неплохо. Хозяин дал нам силу, дал Бездушных, дал новые возможности все ради будущего! Сильного будущего! Лучшего для нас.
‒ Да, ‒ сдавленно прошипел Даррига, ‒ он то лучше знает. Кх, только вот он забыл у нас спросить!
Его горло сдавили еще сильнее, губы, расклешенные в улыбке, начали синеть, а глаза закатываться. Внезапно на плече у грозного демона оказалась другая такая же морщинистая, но крепкая ладонь.
‒ Хватит, Борин. Он еще юнец, а им свойственно противится укладу.
Громила обернулся и встретился взглядом с серыми, словно туман, глазами. Его старый друг, с кем он воевал много лет, молчал до этого момента. Демон отпустил руки, и юноша жадно начал глотать воздух. Найтман помог подняться соратнику и отвел того в сторону от отряда.
‒ Хозяин, Хозяином, друг мой, а для них ты главный. Если хочешь порядка в отряде, научись слышать своих солдат, – почти шепотом у самого уха седовласый демон поделился советом. Старая профессия преподавателя темной философии давала о себе знать. Однако…
На горизонте замаячила фигура. Демоны сиюминутно схватились за оружие, но принюхавшись, опустили мечи. Невероятной красоты человек приближался к ним, за спиной у него искрились два золотистых крыла. Но по мере приближения, его облик стал меняться и вскоре перед отрядом предстал молодой демон со смазливыми чертами лица, его тело украшали черные узоры.
‒ Фрауд, ты все узнал?
‒ Да, Георгий прибыл.
‒ Первая рота готова?
‒ Да, они на позиции. Бездушные пока дрыхнут. Но дай им кусочек ангельской плоти, и они впадут в сумасшедший голод. А я смотрю у вас тут весело.
‒ Не твое дело, слизень. – Борин тяжело сел на выступавший из земли камень, – пока есть время…
Он оглядел свой отряд и недовольно вздохнул.
‒ Жрите уже, а то потом сражаться не сможете.