– Летучая собака?
Хранительница сорвалась с места и последовала за ней. Мокрые ветки били ей в лицо, оставляя легкие ссадины.
Временами теряя высоту, крылан боролся с ветром и дождем, но настойчиво летел к укрытию. Рукокрылое знамение скрылось в отвесной стене.
– За ней! – Азмария схватила топоры и метнула ввысь. Блестящее лезвие прорубило скалу. Звонко лязгнув цепью, девушка поползла навстречу ледяному потоку. В сердце поселилась надежда. Слова монаха имели смысл. Отбросив плохие мысли по поводу второго предсказания, девушка встала ногами на топор. Подтянув через цепь второй топор и закрутив словно лассо, она бросила его еще выше. Шотландец так же не остался в стороне. Имея нечеловеческую силу, мужчина кулаками стал пробивать себе выступы и отверстия для того, чтобы удержаться и двигаться вперед. Рука нащупала плоскую поверхность. Невероятно, в середине скалы имелась пещера. Подобрав оружие, девушка помогла своему молчаливому путнику взобраться в укрытие. Голова упиралась в потолок, мужчина стоял сгорбленным, своей мускулистой фигурой он закрывал весь проход. Хранительница намеривалась идти дальше, как живот протяжно забурлил. Открывшееся чувство голода заставило черную воительницу покрыться красной краской. Мужчина заулыбался и погладил себя по животу, указывая на собственный разыгравшийся аппетит. Сеок предложил девушке присесть. Он собрал высохшие лишайники по бокам пещеры. Сложив что-то наподобие костра, Хранитель высек искру из камней. Легкий дымок наполнил пещеру. Азмария протянула израненные руки и растаяла от тепла, что дарил небольшой костер. Живот снова восклицал о своем голоде, тогда в голове девушке прозвучали слова монаха:
«Не возделывавший землю сам, не осознает ценности даров природы».
Фрукт, внешне похожий на гранату, что достала из сумки девушка, спасительно заблестел в бликах красного пламени. Еда пахла тухловато, однако голод требовал свое. Азмария разделила дар южного дерева пополам и протянула половинку своему напарнику. Не ожидая такой щедрости от грубиянки, мужчина смутился и пытался отказаться, однако и его живот твердил обратное, чем заставил девушку улыбнуться. Сладкий, насыщенный вкус не был похож ни на один из фруктов. Ванильный привкус, смешанный с банановым и нотками ананаса не оставил путников равнодушными. Спелый сочный фрукт, не смотря на паршивый аромат кожурки и колючесть, оказался на редкость вкусным. Малая часть плода насытила энергией организм и придала сил, чтобы идти дальше.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Хранители смогли выбраться наружу. Пещера служила проходом сквозь скалу. Иногда дорога уходила даже вниз, а некоторые проходы были настолько узкими, что Азмари переживала, что ее сопровождающий навсегда застрянет здесь. Но благо этого не произошло, и они выбрались наружу. Дождь прекратился, тучи начали рассеиваться, обличая одинокий блик нарастающей луны посреди синеющего неба. Стена разделала остров на две половины. Реальный и фантастический. Влажный туман, скопившийся в низине поглощал в себе джунгли. Там, среди зарослей, можно было едва различить рельеф полуразрушенной стены, что цепочкой вела на вершину горы. Туда, где располагалась таинственная колыбель императора.
– А вот и сам дворец.
***
Готовая к атаке Джил ворвалась в комнату. Не обнаружив противника, девушка подскочила к лежащей на полу замороженной подруге. Прикоснувшись к телу, она прогнала ненавистный холод и согрела жаром своей силы Хранителя. Синие губы разжались, стеклянные посиневшие глаза ожили. Сердце вновь забилось и начало качать кровь. Легкие наполнились спасительным воздухом. Дрожь пробежалась по всему телу, проверяя организм на дееспособность.
– Он забрал диск, – едва смогла выдавить из себя Мэген. – Ванг жив?
Джил проверила пульс у владельца дома и утвердительно кивнула.
– Надо догнать его, – в глазах Шамана читалась ярость.
– Оставайся здесь, я разберусь с ним.
Подобное Мэген уже слышала. На удивление подруги шаман быстро пришла в себя и, перевоплотившись, выскочила наружу. Джил в два счета нагнала ее.
– Что на счет камер? – спросила Мэген, подгоняемая ночным ветром.