В воздухе перед Валерой вспыхнул щит, плотный и ослепительный, будто кусок самой дневной зари прорезал сгущённые сумерки. Каргур вздрогнул, его тело на миг застыло, а по черной коже пробежали тонкие трещины, словно свет проникал внутрь и ломал его изнутри. Демон отшатнулся на шаг назад, и в его рыке прозвучала нота боли.
Но это длилось лишь несколько мгновений. Каргур встряхнулся, и сияние стало гаснуть, будто невидимая сила вытягивала его наружу, не давая закрепиться. Демон вновь расправил плечи, зловещие рога отразили последние отблески щита. Да, удар артефакта его ослабил, в его движениях стало чуть меньше уверенности, но он остался на ногах. Его мощь всё ещё была устрашающей.
Валера тяжело выдохнул. То, что помогло Валерии одолеть предыдущего врага, на Каргура действует лишь как царапина. Эту тварь одной вспышкой не взять. Артефакт дрожал в его руке, сияние угасало, и Валера понял, что это средство почти исчерпано. Теперь он стоял лицом к лицу с чудовищем, которое было ранено, но всё ещё слишком живо и смертоносно.
Валера сделал шаг назад. Потом ещё один. Магии он не чувствовал. Всё, что у него было, ушло в первые удары. Каргур медленно наступал, наслаждаясь этим давлением.
За спиной Валера почувствовал присутствие Валерии. Он повернул голову на мгновение. Она стояла бледная, с зажатым в руке зонтом, но даже без слов он понял: она уже не сможет вмешаться. И в этот момент он осознал, что их жизнь сейчас висит на нитке, и эта нитка готова оборваться.
— Валера… — тихо сказала она, но не договорила.
Он поднял пустые руки, готовясь встретить следующий удар.
Валера едва успел уйти в сторону, когда лапа Каргура прошла там, где мгновение назад находилась его голова. Воздух разорвался, словно хлестнула стальная плеть. Он споткнулся, но удержался на ногах, пятясь к Валерии. Она тоже отходила, глядя на демона, который, кажется, становился только злее от их попыток сопротивления.
Позади них что-то сверкнуло. Красные и синие вспышки, пронзившие темноту, на мгновение показались им отголосками всё ещё дышащего портала. Валерия успела подумать, что тьма решила выбросить ещё одного порождения зла, и сердце её сжалось. Валера поймал её взгляд и понял, что думает то же самое. Секунды таяли, а Каргур, тяжело переставляя ноги, приближался.
Они оба поняли, что отступать больше некуда. И, не сговариваясь, мысленно простились друг с другом. Валера шагнул ближе, готовясь прикрыть её собой. Валерия стиснула в руках остатки сил, чтобы встретить смерть хоть с какой-то гордостью.
И тут рев мотора разрезал гул. В темноте вынырнула полицейская машина с включёнными спецсигналами. Синие и красные огни били по глазам, как удары молота. Машина неслась на пределе, не сбавляя ни секунды.
Каргур обернулся, но слишком поздно. Глухой, сокрушительный удар врезал в его грудь. Чудовище отлетело в сторону, содрогнув землю, и рухнуло на колени, разметав ворон вокруг себя.
Валерия и Валера замерли, ошеломлённые. Они успели лишь мельком увидеть за рулём знакомое лицо. Досым.
Всё произошло в одно мгновение, но было ясно: этот удар он пережить не мог. Он шёл на верную смерть, чтобы дать им шанс.
Каргур медленно поднимался, дрожа от ярости. Но это было уже не то уверенное чудовище, каким он вышел из портала. Его корпус содрогался, на рогах тлели следы магических всполохов, а одна из лап чуть подрагивала, будто потеряла прежнюю силу. Удар полицейской машины оказался не просто механическим тараном. Досым готовился к этому мгновению. Он вплёл заклятья прямо в металл и стекло, срастил их с кузовом, как с собственным телом.
И сама машина была не простой. Ведомственное СТО наделило его патрульный автомобиль особой силой: обереги под капотом, линии защиты в раме, печати на панели. Всё это, сплетённое с заклятиями Досыма, превратило его последний манёвр в смертельный залп.
Именно поэтому демон пошатнулся. Именно поэтому на миг его ярость сменилась недоверием. Он не ожидал встретить такой отпор здесь, на трассе, среди людей.
А в неподвижной машине уже не было жизни. Досым отдал всё, что у него было, вложив и свою волю, и свою силу, и саму душу в последний рывок.
Валера стиснул кулаки. В груди холодной волной разлилось понимание, что цена этого мгновения слишком высока, чтобы его упустить.
Он обернулся к Валерии, взгляд его был твёрдым, но в нём светилось что-то почти нежное.
— Уезжай, — сказал он без колебаний. — Это мой бой.
Валерия замотала головой, но он поднял ладонь, не давая ей заговорить.
— Если останемся оба, мы оба погибнем. Ты истощена, я цел… хотя бы пока. Уезжай и живи.