Мастера ещё раз подошли, пожали руки, обменялись короткими, но тёплыми репликами. В этих словах не было лишней вежливости, а только уважение и что-то вроде тихого братства, которое возникает между людьми, пережившими схожие дороги и схожие опасности.
Субару мягко тронулась с места. Колёса катились так ровно, что казалось, будто под асфальтом расстелили невидимый ковёр. Во дворе СТО остались три фигуры, махавшие им вслед, и запах масла вперемешку с тем самым хвойным духом, что теперь, казалось, был вписан в каждую деталь машины.
Валерия вела уверенно и спокойно. Солнце отражалось в зеркалах, а тень от крыши машины скользила по тротуарам, где прохожие оборачивались, провожая взглядом их Субару. Валера откинулся в кресле, поймал себя на том, что снова может дышать свободно, и впервые за долгое время почувствовал, что дорога больше не угрожает им, а готова вести вперёд.
Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо над Шымкентом густыми полосами медного и пурпурного света. Улицы постепенно меняли ритм: дневная спешка уступала место вечернему дыханию города. Воздух становился мягче, тени удлинялись, и даже шум машин как будто смягчался. Субару медленно выбиралась на главную улицу, ведущую к выезду, и Валерия сразу заметила, что движение вокруг какое-то необычное.
В первом же квартале встречный автомобиль, едва завидев их, приветственно моргнул фарами и тихо подал сигнал. Валерия машинально кивнула, будто в ответ на приветствие, и перевела взгляд на Валеру. Он лишь приподнял бровь, но ничего не сказал. Через пару минут ещё один водитель, обгоняя их, легко коснулся клаксона, словно подавая условный знак своим. Потом ещё один, и ещё.
Валера чуть улыбнулся.
— Похоже, новости здесь распространяются быстро.
Валерия поняла, о чём он. Слух уже разнёсся по городу. Кто-то видел, кто-то слышал, кто-то додумал сам, но результат был один — их теперь узнавали. И узнавали с уважением.
По мере того как они продвигались по проспектам, поток машин словно расступался перед ними. Там, где утром приходилось почти бороться за каждый метр полосы, теперь водители замедляли ход, давая им проехать. Даже маршрутчики, обычно непоколебимые в своём графике, мягко притормаживали и кивали.
На одном перекрёстке старенький «Москвич» под управлением седого водителя уступил им дорогу, хотя имел полное право ехать первым. Валерия поблагодарила жестом руки, а Валера, обернувшись, увидел, как тот, чуть прищурившись, с лёгкой улыбкой смотрит им вслед.
Валерия вела спокойно, без лишней спешки. Руль подчинялся легко, колёса шли ровно. Внутри машины витало ощущение завершённого дела. Напряжение последних часов растворялось, уступая место тихому, глубокому облегчению.
В одном из кварталов они притормозили у светофора. По тротуару шли двое молодых парней в спортивных куртках. Один из них заметил Субару, толкнул локтем товарища и, не сговариваясь, оба подняли руки с жестом приветствия. Валерия ответила лёгким движением пальцев по рулю, а Валера усмехнулся. Казалось, что город уже не тот, в который они въехали утром.
Выезд из центра приблизился почти незаметно. Лавки, кафе, рекламные вывески начали чередоваться с реже стоящими домами, за которыми открывались широкие пространства. Небо впереди становилось чище, и в его глубине уже загорались первые звёзды.
— Чувствуешь? — спросил Валера, глядя на дорогу. — Как будто весь этот шум и резкость остались позади.
— Чувствую, — ответила Валерия. — Город отпускает нас.
Ветер, проникая в приоткрытое окно, приносил запах пыли и тёплых камней. Шымкент постепенно оставался позади, и вместе с ним уходило всё напряжение дня. Теперь впереди был новый путь, и никто не знал, что ждёт их за горизонтом. Но сейчас они ехали легко, с тихой уверенностью, что смогут справиться с любыми поворотами судьбы.
Сзади, в зеркале, мерцали огни города, который на прощание подарил им необычное уважение и доброе расположение тех, кто утром был готов обгонять, подрезать и спорить за каждый метр дороги. Теперь же машины, что попадались им навстречу, словно говорили: «Проезжайте. Мы знаем, кто вы».
Простые человеческие радости одинаково действуют на всех. Все как в той песне: «Но если есть в кармане пачка сигарет, значит все не так уж плохо на сегодняшний день».
Дорога вытянулась вперёд тёмной лентой, ведущей туда, где ночь уже ждала их с новыми историями.
Глава 15. Заправка
Дорога тянулась ровной чёрной лентой, растворяясь впереди во мраке. По обеим сторонам проплывали тёмные силуэты деревьев и редкие, одинокие огни далёких аулов. Иногда встречная фура выныривала из темноты, медленно надвигаясь, словно тяжёлый зверь, и оставляла за собой короткий след ослепительного света и гулкого шороха шин. Потом всё снова погружалось в полумрак, и только фары Субару вырезали из ночи узкий коридор дороги.