Когда они пересекали реку Чу, Валерия сбавила скорость. Мост возвышался над чёрной гладью воды, и внизу отражались звёзды, словно кто-то разбросал их и в небе, и на земле. Река текла спокойно, но в её медленном течении было что-то древнее, будто она знала больше, чем любой человек, и молчала только потому, что её секреты были слишком тяжёлыми.
Дальше дорога вела через Семиречье. Это были уже не только ровные степи, но и мягкие холмы, которые ночью казались тёмными волнами. Фары выхватывали из темноты склоны, покрытые невысокой травой, и редкие деревья, чьи кроны качались на ветру. Иногда справа за горизонтом вырастали силуэты гор, почти неразличимые в темноте, но их присутствие ощущалось как тихое дыхание каменного великана.
Где-то уже глубоко после полуночи напряжение в воздухе стало ощутимее. Не угроза, а скорее ожидание. Как перед грозой, когда небо ещё чистое, но ветер уже приносит запах дождя. Валерия чувствовала это в руках, сжимающих руль, Валера в спокойствии, которое стало чуть более собранным, а Фест в настороженности, когда он поднял голову и стал смотреть в окно.
Они ехали дальше, и ночь всё больше напоминала не просто время суток, а переход. Ощущение было таким, будто каждый километр приближал их не только к Алматы, но и к какой-то внутренней границе. Всё, что осталось позади, встреча на дороге, усталость, шум реки Ассы, теперь казалось далёким и будто бы частью другого дня.
И всё же в этой тишине и редких фразах между ними витало что-то важное. Возможно, это была мысль о том, что испытания никогда не заканчиваются внезапно. Они всегда приходят волной, и впереди, за этими километрами, может скрываться новый её гребень.
Глава 18. Превышение
Утро было ясным и сухим. Солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы согреть воздух, но ещё не палило. Асфальт впереди отливал бледным серебром, а за его линией, будто мираж, вырастали невысокие горные отроги и очертания города. До Алматы оставалось совсем немного.
Дорога становилась всё оживлённее. Появились частные дома, заборы с выцветшими объявлениями, у перекрёстков замелькали ларьки. На обочинах тянулись ряды рекламных щитов — кафе, автомойки, строительные рынки. Машин стало заметно больше, и Валерия слегка сбавила скорость, чтобы держаться в потоке.
Они ехали молча уже минут двадцать. Валера смотрел в окно, отмечая мелькающие вывески, дорожные указатели и редкие фигуры пешеходов. В салоне стоял ровный гул двигателя, иногда прерываемый щелчком поворотника.
Валерия первой нарушила тишину.
— В Алматы у нас будет немного времени, — сказала она, вглядываясь в дорогу. — Нужно будет заехать по делам, потом поедем дальше.
Валера улыбнулся, повернулся к ней и, будто пытаясь разрядить молчаливую утреннюю атмосферу, произнёс:
— Ну, в этот раз, может, я тебя туда отвезу и обратно ещё и без приключений. Хотя, если подумать… Я ведь тебе уже пару раз жизнь спас.
Она чуть заметно приподняла брови, но ничего не ответила.
Валера, воодушевлённый своей же шуткой, продолжил:
— Серьёзно, давай считать. Тот демон после ямы и тумана без меня тебя убил бы… Это один. Потом на заправке, помнишь, именно я тебя остановил и не позволил зайти в ту дверь? Я видел реальность, а ты нет. Это два. Были еще моменты… А ты мне ни разу. Выходит, я впереди.
Он усмехнулся, ожидая, что она подыграет.
Валерия медленно вдохнула, взгляд её остался прикованным к полосе дороги.
— Счёты здесь не ведут, — сказала она тихо, но в её голосе уже слышалось напряжение.
Валера отмахнулся:
— Ну а что? Это же забавно. Я уже почти ученик года, можно сказать.
Её пальцы чуть сильнее сжали руль.
— Помощь — это не игра в превосходство.
Валера, не уловив предупреждения, рассмеялся:
— Может, я и вправду уже догнал учителя. Даже перегнал. Вот ещё раз-другой так сработаю, и можно будет сказать, что я готов. Может, тогда мне уже и наставник будет не нужен.
Эта фраза повисла в воздухе, как резкий сквозняк. Валерия замолчала, но в тишине чувствовалось, что внутри у неё что-то натянулось до предела. Несколько секунд они ехали, и только шум шин да мотор нарушали молчание. Потом она вдруг сбросила скорость и плавно, но решительно вывела машину на обочину.
Валера нахмурился, глядя на неё, но ничего не успел спросить. Машина остановилась. Она выключила зажигание, обернулась к нему и произнесла ровным, холодным голосом: