– Ошибаешься! – Я надавила лезвием сильнее. – Я не собираюсь приносить себя в жертву твоим мерзким планам. Ты убил моего отца, – прошипела я.
Страх смешивался с яростью. Моя сила билась внутри, требуя, чтобы ее выпустили.
– Сделай что-нибудь, – бросил Блэк Фальдинии, но та лишь заинтересованно всматривалась в мое лицо.
Я услышала какой-то звук, а когда обернулась, жрец был совсем рядом. Я едва успела отскочить, падая и увлекая за собой Блэка. Другой жрец шагнул к нам. Я подумала, что он собирается схватить меня, но вместо этого он выстрелил в напавшего, и тот, схватившись за плечо, повалился на землю. Мое сердце радостно забилось, когда жрец стянул капюшон и направил на Блэка пистолет.
– Арли! – прокричала я, вскакивая.
Я подбежала к нему, и Арли крепко сжал мне руку, не сводя глаз с отца. Еще один жрец сбросил капюшон и выхватил кинжал, я узнала Кейдана. Заслоняя меня собой, Арли и Кейдан стянули с себя мантии.
– Почему я не удивлен? – усмехнулся Доминик Блэк, глядя на сына. – Ты всегда идешь против правил. Сейчас ты должен стоять рядом со мной. Но ты выбрал другой путь, – он махнул рукой. – Она стоит того, чтобы ты направлял пистолет на собственного отца?
Арли крепче сжал мою руку.
– Стоит, – твердо заявил он, – так же как и все невинные люди, которые погибли из-за тебя.
– Какая драма! – донесся до нас голос Фальдинии. – Оказывается, моральные ценности не передаются по наследству, – усмехнулась она.
Фальдиния подошла к нам и встала напротив. Но только она взглянула на Арли и Кейдана, ее лицо озарилось довольной усмешкой. Затем она неожиданно спросила меня:
– Как ты потеряла воспоминания?
– Рести… ориниум напал на меня.
Фальдиния улыбнулась уголками губ:
– Они всегда забирают самое ценное.
Я не успела открыть рот, чтобы спросить, что она имеет в виду, как остальные жрецы, все это время стоявшие в стороне, начали пятиться назад. Я поняла, чего они испугались, когда серая пума выскочила вперед и встала впереди нас, скаля зубы на жрецов.
– Не бойся Варда, – шепнул мне Арли, заметив мое замешательство.
Но секундного замешательства хватило, чтобы жрецы напали на нас. Мне связали руки за спиной, у Арли выбили пистолет и повалили на землю рядом с Кейданом. Вард прыгнул на одного из жрецов, но жалостно заскулил и упал в траву.
– Вард! – забился Арли, пытаясь подняться.
Но пума не двигалась.
– Хватит! Мы теряем время! – заорал Блэк.
Он толкнул меня к порталу, и жрецы встали в круг. Меня заставили опуститься на колени там, где из чаши пролилась кровь. Блэк схватил мою руку и провел по ладони лезвием. Я закричала от боли.
– Отпусти ее! – заорал Арли, пытаясь вырваться от жреца.
Ветер взметнул мне волосы, и я зажмурилась: к нам летел вертолет. Когда он сел на землю, из него выпрыгнули Дастин, Амели и Пейдж.
– Что вы здесь делаете? – спросил Блэк.
– Папа приказал присоединиться к вам на случай, если понадобится помощь, – ответил Дастин.
– А журналистка?
Мое сердце забилось. Взгляд Дастина на секунду задержался на Арли.
– Мы разобрались с ней, – холодно бросил он.
Я задрожала, не желая этому верить.
– Спасибо, что оставил в живых, – усмехнулся Дастин, глядя на Арли.
– Не волнуйся, больше не ошибусь, – выпалил он.
– Люблю накал страстей. – Фальдиния захлопала в ладоши.
– Пора начинать, – произнес Блэк, взглянув на луну.
Он открыл дневник и стал читать заклинание. Жрецы повторяли за ним. Ветви деревьев задрожали на ветру, и в чернильное небо поднялись вороны. Их карканье становилось все громче. Портал замерцал. Я в ужасе наблюдала за людьми по ту сторону – их глаза наполняла знакомая мне темнота. Один за другим они стали выбираться из портала, вырываясь из фиолетового свечения рестилерами и поднимаясь в небо.
Портал превратился в дымящийся черный клубок, из которого появлялись чудовища. Сотни монстров окружали нас. Блэк, продолжая читать заклинание, поднял над ним чашу с кровью. Алые капли падали на светящиеся страницы. Рестилеры замерли и повернулись в нашу сторону. Они поплыли к Блэку, а тот открыл рот, и чудовища хлынули в него. Блэк стоял, раскинув руки, и поглощал рестилеров, втягивая дымчатые тени, пока его тело не задрожало.
Все закончилось, когда он упал на землю. Оставшиеся рестилеры парили над нашими головами, ожидая приказа хозяина. Я лежала, не в силах пошевелиться.
– Он оказался намного сильнее, чем я думала, – услышала я голос Фальдинии.
Доминик Блэк поднимался на ноги. Его безумная улыбка была не менее пугающей, чем стеклянные глаза. Он поднял руку и сжал кулак, рассматривая его, словно видит впервые.