– О, я приходила, – весело произнесла Фальдиния, – только тогда всем здесь заправлял Доминик. Не обижайся: хотя твой отец и был благочестив, но оказался слишком нерешителен, чтобы что-то предпринять.
Я не могла с этим не согласиться. Ведь когда Доминик рассказал о своих планах и о его отце, он ничего не предпринял, лишь отказал ему.
– Тогда я поняла, что время еще не пришло. И я разрешила Доминику время от времени открывать портал, чтобы призывать ориниумов. Так у меня оставалась хоть какая-то связь с вашим миром. Ведь мудрая птица Артеандр рассказала мне о душах, которые появились на свет совсем недавно и которые должны сыграть роль в снятии моего проклятия. – Она взглянула на меня и подошла поближе. – И, увидев не только твою связь с моим миром, но и рвение, с которым ты противостоишь этому проклятию, я поняла, что ты именно та, кто мне нужен. А когда увидела вас, – она обвела взглядом ребят, – и его, – посмотрела она на Варда, – то поняла, что не ошиблась. Артеандр рассказал, что родились души, которых разделили надвое и поместили в разных мирах. В моем мире есть ваши двойники, в которых живут половины ваших душ. И я уверена, очень скоро ваша связь с ними укрепится.
Фальдиния встала напротив Арли.
– А тот, кто носит часть твоей души, – прямой потомок королевской семьи Эйверленда. Кронпринц Арли. Уверена, эти привилегии даны тебе там не просто так. И ваши способности тоже. Используйте их правильно. Я надеюсь, что скоро ты найдешь свою связь с ним и встретишь ее, – указала она на меня.
Фальдиния протянула руку, и камень в ее ладони превратился в цепочку с переливающимся фиолетовым кулоном. Она надела его на меня, и ее прелестного лица коснулась улыбка. Но она тут же приняла привычный вид и взглянула мне в глаза:
– Скоро придет время. Ты почувствуешь это, когда найдется третий осколок, спрятанный в моем мире. Ведь даже я не знаю, где он находится. Тогда ты должна будешь соединить камень своего кулона с камнем из кинжала. Вы должны помочь прекратить это безумие, творящееся в обоих мирах. Королева Флостмирда – это королевство, где я живу, – хочет объявить войну Эйверленду. Если войска Флостмирда вторгнутся в Эйверленд, они сотрут границы, и ориниумы смогут переместиться на наши земли. Тогда от ориниумов будут страдать не только жители Эйверленда.
Одной рукой я сжала в руке кинжал, второй – камень на шее, с ужасом осознавая, какое бремя на меня только что было возложено. Фальдиния улыбнулась мне:
– Я вижу, какая ты сильная. И я увидела сегодня то, что хотела: ты не пошла на поводу у темной силы, что течет в тебе, а приручила ее.
Я глубже втянула воздух и ощутила покалывание. Улыбка коснулась моих губ. Моя сила приветствовала меня. И теперь я знала, что могу положиться на нее и не бояться исхода.
Моя сила больше не проклятие. Моя сила – мой защитник.
– Я не знаю, когда я вернусь снова. Возможно, никогда. Поэтому, прежде чем уйти, я хочу вернуть тебе воспоминания.
Фальдиния коснулась пальцами моего виска, и голову пронзила боль.
– Мелисса… – Арли подхватил меня, чтобы я не упала.
Взглянув на него, я чуть не разрыдалась. Наши встречи пробегали в голове одна за другой. Я вспомнила все. И тут же поняла, что это наставления Арли помогли мне одолеть Доминика. Наша связь с Арли была поистине нерушима.
Фальдиния произнесла заклинание, и купол над нами исчез. Она направилась ко все еще горящему порталу.
– Вам еще предстоит преодолеть много препятствий, – сказала она, глядя на летящих в сторону города рестилеров. Потом перевела взгляд на меня. – Но я уверена, что вы справитесь.
Фальдиния шагнула в портал, и внезапная вспышка погрузила мир во тьму.
Эпилог
Мелисса
Шесть месяцев спустя
КРАСИВО ОФОРМЛЕННЫЙ САД заполняли новые гости. Я поправила низ своего пышного шифонового платья пастельных тонов и направилась к ребятам, которые стояли у богато обставленного стола.
– Я выгляжу смешно, – закатил глаза Кейдан.
– Только сейчас? Или вообще? – спросил Энди, закрепляя на его пиджаке бутоньерку из ромашек.
Кейдан попытался ткнуть его в бок, но Энди увернулся.
– Не порть красоту. Я сегодня в центре внимания.
– Ты не жених, – заметила Лив, обвязывая букет лентой.
– Но второй по красоте после жениха, – поправил Энди прическу.
– Нигде нет! Не понимаю, куда они делись! – вернулась Теймла, поставив на стол корзинку с цветами.
– Значит, вы с Арли будете с розами, а я с этой жалкой травой? – недовольно уставился на бутоньерку Кейдан. – Зачем мы тогда одинаково оделись?