Попрощавшись со всеми, Стефан заварил себе крепкого настоя, разжёг камин в гостиной старого дома и устроился перед ним в кресле. Подготовка к чтению книги походила на ритуал, и он намеренно не прикасался к ней, не пытался посмотреть страницы, до момента, когда сможет полностью отдаться изучению фамильного артефакта. Хотя, он уже проверил книгу, и настоящим артефактом она не являлась. Никаких чар и заклятий на книге не было, но маг до сих пор сомневался сможет ли прочесть её.
Стефан посмотрел на огонь в камине, потом на книгу, испытывая желание одним движением забросить довольно тонкий золотистый переплёт в пламя. Он хотел открыть книгу, но медлил, что было так не похоже на решительного мага.
Наконец, обругав самого себя, он открыл первую страницу. Ровные, чётко выведенные буквы складывались в слова, а слова рождали смыслы, проникающие в сознание мага. Он полностью погрузился в историю, которую отчасти знал, но всегда считал, что между ним и событиями лежит более чем тысяча лет. Многое Стефан открыл для себя впервые. Время шло незаметно для него.
Тихой тенью Вельда вошла в старый дом, где начиналась их с магом история. Как же счастливы они здесь были. Она разом вспомнила каждое мгновенье радости и грусти. Дом продолжал хранить воспоминания. Вельда знала, где можно найти мужа. Сосредоточенный он сидел перед камином с книгой на коленях, обхватив себя руками, непослушная прядь упала на бледное лицо.
Замерев на пороге гостиной, она в который раз впитывала всем существом любимый образ и страшилась отвлечь Стефана от, несомненно, важного дела. Прошла минута, другая. Маг поднял взгляд, повернулся. И Вельда увидела, как темны его глаза, наполненные пониманием и печалью.
29
Скай не мог поверить, что некоторые слова в книге раскрылись для него. Почти на каждой странице он стал находить отдельные осмысленные фразы, понимая, что книга описывает мир, лежащий за пределами Фолганда. Так он нашёл место для других вырванных страниц. Несколько листов ждали своего часа, но книга была почти собрана. Мальтусу об этом юный Фолганд предпочёл пока не говорить. Отвечал односложно на вопросы. Молчал, если старик пытался зацепить словом.
Немного придя в себя после наказания, Скай вспомнил о некоторых словах Мальтуса, которые заинтересовали, отложились в сознании, и искал повода задать вопросы. За обедом антиквар, обычно, пребывал в хорошем расположении духа, особенно, если утром удавалось заключить удачную сделку. Тогда улыбка надолго приклеивалась к тонким губам старика.
Сидя на другом конце стола, Скай медленно ел разваренные овощи. Судя по вкусу, они уже начали портиться, и Марта поспешила свалить все остатки вместе. Служанка не была такой уж плохой женщиной, но выполняла все указания хозяина, какими бы странными они не были. Скай обнаружил, что если не торопиться, даже, когда сильно голоден, и есть маленькими порциями, то небольшой тарелки хватает надолго. Будет ли у него сегодня ужин, Скай не знал. Мальтус легко мог найти повод, чтобы лишить Фолганда противной липкой каши, которой кормили вечером. Со временем и такая еда стала для Ская благостью. Воспоминания о вкусных обедах мамы он тщательно вымарывал из сердца, считая их слабостью.
Спина болела, медленно заживая после пытки в подвале, но Скай сидел выпрямившись, решительно расправив плечи и головы не опускал, ловя на себе острый взгляд старика.
У Мальтуса было отличное настроение, но гордо задранный подбородок ученика портил всё. Мальчишка не собирался сдаваться и смотрел с вызовом.
— Ты хочешь о чем-то спросить, мальчик? — подумав, антиквар сделал первый ход в своей любимой игре.
Скаю стоило бы ответить отрицательно, закончить обед и уйти в библиотеку, но он поступил иначе.
— Господин Мальтус, вы называли моего предка — Скайгарда Фолганда — проклятым. Почему?
— Какой любознательный мальчик, — вкрадчиво ответил Мальтус, радуясь, что мальчишка заглотил наживку, воображение рисовало приятные картины будущего удовольствия. — Фолганд проклят, потому что привёл в этот мир чудовищ, погубивших сотни людей. Думаю, вместе с ним был проклят и весь род. Род Фолгандов — погибель для земель, — и внимательно посмотрел на Ская, в сладком ожидании.
Спокойный взгляд в ответ и чуть заметный кивок. Мальтус зло отставил тарелку, блуждая взглядом по комнате. Он почувствовал себя обманутым.
— Не желаешь ли мяса? — потянувшись к румяному запечённому окороку, Мальтус воспрял духом.