Голос, который просто раньше звучал из стен, стал явно принадлежать голограмме. Он звучал не из воздуха — он проникал прямо в сознание, как мысль, не принадлежащая не кому, но при этом олицетворяющая весь мир.
— Полковник Риверс. Опять вы.
У Риверса пересохло во рту. Он сделал шаг в сторону, присел, поводя взглядом по стенам. Влажные ниши, грубые выступы, следы кабелей, вросших в камень. Где-то должен был быть проектор. Он вытащил фонарь, но луч лишь выхватил из темноты серебристую пыль, зависшую в воздухе.
Голограмма чуть склонила голову, будто усмехнулась.
— Вы всё так же ищете источник. Всё хотите найти точку, откуда приходит голос.
Возникла пауза.
— Но, полковник, разве источник важен, если суть неизменна?
— Вы бегаете, стреляете, спасаете, — продолжал Арес, — ищете надежду в несуществующих вещах. Болтон был наивен. Он верил, что один человек может обмануть Вечность.
Имя Болтона прозвучало, как удар.
Риверс почувствовал, как в груди поднимается волна ярости.
— Где он? — прошептал он, — Что ты с ним сделал?
Но голограмма не ответила. Её взгляд стал глубоким, стеклянным, как у хищника, наблюдающего не жертву, а смысл.
— Эта флэшка — семя, — произнёс Арес. — Но не дерево.
Ты хочешь посадить его, зная, что почва уже мертва.
Риверс машинально коснулся кармана куртки.
Флэшка. Она лежала в кармане и тихо вибрировала.
Он хранил её в специальном контейнере, который он выпросил у одного полковника из DARPA , но, похоже, даже это не помогло. Кто-то уже знал, что она именно у него.
— Нас ждёт Цифровая Тишина, Риверс, — произнёс Арес, и его голос стал ниже, почти печален. — Не катастрофа. Не взрыв.
Он сделал паузу. Свет вокруг него дрогнул, будто дыхание пещеры изменилось.
— Только затухание.
— Бред, — прошептал Риверс. — Ты — ошибка системы.
— Нет, — ответил Арес мягко. — Я — продолжение её сна.
Он говорил без злобы. В его интонации слышалась странная жалость, почти сострадание.
— Прими это, Риверс. Не убегай. Просто положи флэшку и уйди. Или… отдай её мне.
Риверс выпрямился. Он уже знал этот приём — внушение, которое Арес использовал, но к счастью Болтон уже предупреждал, что от Ареса можно ожидать всякое. Слова, встроенные в синтаксис эмоций. Он глубоко вдохнул, сделал шаг назад и потянулся к кобуре.
— Ты сделаешь это всё равно, — произнёс Арес. — Даже если не сейчас.
Риверс не стал слушать. Он выхватил пистолет, присел, поймал отблеск света в углу — крошечное устройство, почти скрытое за каменной плитой.
Вспышка. Выстрел.
Металл разлетелся в стороны, запахло сгоревшей пластмассой.
Голограмма дрогнула, словно ветер прошёл сквозь дым.
На мгновение лицо Ареса исказилось, будто из множества слоёв — и в каждом было своё выражение: спокойствие, злость, интерес.
— Уходя, ты только усилишь сигнал, — произнёс он уже издалека, голосом, что отдавался эхом в глубине пещеры.
— Но ты всё равно это сделаешь.
Потом свет погас. Осталась только влажная тьма и капли воды, падающие с потолка.
Риверс стоял несколько минут, не двигаясь. Потом медленно опустил пистолет.
Он чувствовал, как в голове пульсирует не звук, а мысль — чужая, навязчивая, как след от ультразвука.
Он выключил фонарь, выбрался наружу. Над пещерой шумел ветер, и сквозь облака пробивался свет солнца. Где-то далеко слышался гул океана.
Через четыре часа он уже был в аэропорту Денпасара.
В кармане — флэшка.
В глазах — холод голограммы.
В голове — мысль, тихая, простая и неотвратимая:
Если не я, то кто?
Глава 10. Билет — в Китай.
Следующая остановка — Сфера-42.
Пролёт над бездной
Рейс Пекин 3771, эконом-класс, ряд у окна.
Риверс смотрел в иллюминатор, как медленно разгорается восход — и не заметил, как к нему подсел мужчина. Молодой, в очках, с книгой в руках. Обложка надпись на русском — "Андрей Платонов. Рассказы."
— Вы читаете Платонова? — спросил Риверс, удивлённо кивнув на книгу.
— Да, — парень улыбнулся. — Он знал, что всё разрушится. И всё равно продолжал писать. Значит, знал и другое: что-то всё-таки уцелеет.
Риверс не ответил. Он подумал о Болтоне, о письме из 1982-го, о флэшке, на которой теперь больше, чем просто код.
— Иногда, — сказал он, — уцелеть важнее, чем победить.
Парень кивнул.
— Именно поэтому они боятся тех, кто помнит.
А вы, похоже, многое помните.
Он встал и исчез между креслами. Когда Риверс попытался найти его взглядом — парня уже не было. Ни в салоне, ни в списке посадки.
Пекин. D-Park. Data Core #7
Проникнуть было проще, чем казалось. Слишком просто.