Они переглянулись и одновременно улыбнулись. День начинался, и в их жизни снова было место заботам, мелким хлопотам и, конечно же, чудесам.
– Я хочу приготовить одно зелье, что есть в книге Лидии, – сказала Ядвига, доставая с полки старый потрёпанный том, от которого пахло сушёными травами и дымом. Её глаза светились решимостью и лёгким волнением – каждое зелье из книги было словно маленькое чудо, требующее уважения.
Тимофей поднял голову от связки дров и кивнул.
– Возьми Клыка с собой, пусть прогуляется. Ему ведь тяжело целыми днями в четырёх стенах сидеть.
Волк, словно поняв каждое слово, встрепенулся, его уши встали торчком, а янтарные глаза загорелись живым светом. Он тихо фыркнул и даже сделал шаг вперёд, будто подтверждая: «Я согласен».
– Видишь? – усмехнулся Тимофей. – Он только этого и ждал.
Ядвига улыбнулась и, завязав потуже свой разноцветный платок, подхватила корзинку.
– Хорошо, пошли, – ласково сказала она, поманив волка рукой.
Клык поднялся, его сильное тело двигалось мягко и почти бесшумно, несмотря на размеры. Он подошёл к Ядвиге и слегка ткнулся носом в её ладонь, как бы заверяя: «Я рядом».
Они вышли из дома. Солнечный свет сразу окутал их, и после полутёмной избушки, воздух леса показался особенно свежим. Ветки деревьев переливались росой, а запах хвои и влажной земли обволакивал лёгкими ароматами. Клык глубоко вдохнул, расправил плечи и даже замер на мгновение, чтобы насладиться свободой. Его хвост чуть качнулся из стороны в сторону, выдавая радость.
– Ну вот, – тихо сказала Ядвига, поглаживая его по холке, – настоящая прогулка начинается. Нам предстоит найти нужные травы, и я верю, что лес сам укажет дорогу.
Клык коротко фыркнул, его взгляд блеснул в солнечном луче, и он двинулся вперёд, будто уже знал путь.
А за их спинами хижина на курьих ножках тихо заскрипела, словно провожая своих маленьких хранителей в лес.
Тимофей занёс топор и с силой ударил по чурке, сухое дерево треснуло и разлетелось на две половины. Он вытер пот со лба и, задержав дыхание, посмотрел в сторону, где его сестра вместе с Клыком удалялась по тропинке.
Ядвига шла легко, корзинка покачивалась в её руке, разноцветный платок ярким пятном выделялся среди зелёной листвы. Рядом, почти в ногу, ступал Клык, его мощная спина блестела в солнечных лучах, а уши были настороженно подняты.
– Береги её, – пробормотал Тимофей себе под нос, будто обращаясь к волку, хотя знал, что тот уже не слышит.
Дорога петляла между деревьями, всё глубже уводя сестру и зверя в чащу. Сначала их силуэты ещё были отчётливо видны — девичья фигура и крупная тень рядом. Но постепенно расстояние увеличивалось, стволы деревьев становились плотнее, а туман лёгкой дымкой начинал обвивать тропу.
Тимофей стоял, опершись на топор, и не сводил глаз с того места, где они скрывались. Его сердце тревожно сжалось. «Слишком далеко… Но Яга упрямая, и Клык рядом. Лес… ты ведь не обидишь мою сестру?»
Последний солнечный луч блеснул на её платке, и они стали маленькими точками среди ветвей. Ещё миг – и исчезли окончательно.
– Вот и всё, – вздохнул Тимофей, возвращаясь к работе. – Теперь остаётся только ждать…
Он снова поднял топор, но руки двигались уже не так уверенно, как прежде. Внутри скреблась тревога, хоть он и пытался её заглушить:
– Вернётся. Она всегда возвращается.
В это время лес, казалось, притих, прислушиваясь к их шагам вдали.
Ядвига шагала по лесной тропинке, нагибаясь то к одному кусту, то к другому. В её руках корзинка постепенно наполнялась: ароматные листья мяты, нежные соцветия зверобоя, корешки валерианы. Каждое растение девочка внимательно рассматривала, вспоминая наставления Лидии.
– Листья должны быть свежие, – бормотала она себе под нос, аккуратно срывая травинку. – Не тронутые насекомыми и собранные только по утру… Иначе зелье потеряет силу.
Клык шёл рядом, его лапы ступали мягко и бесшумно. Уши то и дело шевелились, улавливая каждый звук: треск ветки, далёкий стук дятла, шелест крыльев невидимой птицы. Иногда он останавливался, поднимал морду и втягивал воздух, словно проверяя, всё ли спокойно в этих местах.
– Ты тоже сторожишь, да? – улыбнулась Ядвига, взглянув на волка. – Вот хорошо, а то я иногда так увлекусь травами, что и не замечаю, как лес становится тише.
Волк посмотрел на неё серьёзным, почти человеческим взглядом. В его янтарных глазах читалось понимание, и Яга даже вздрогнула.
– Что, думаешь, зря я говорю вслух? – фыркнула она, но тут же добавила мягче: – Ну, может, и зря. Но мне так спокойнее.