— А вдруг нас кто узнает? — тихо спросила Ядвига, прижимая к груди корзину с баночками.
— Не узнают, — уверенно ответил Тима. — Ты теперь просто девчонка из соседнего села. И если кто спросит — скажем, что просто пришли посмотреть.
— Хитрость — не врать, — вмешался Клык, не оборачиваясь. — Просто не говорить всей правды.
Ядвига улыбнулась.
— Кажется, ты начинаешь походить на учителя, — заметила она.
— А ты — на ведьму, которая умеет шутить, — подколол её Тимофей.
Она тихо рассмеялась, и смех её, лёгкий и чистый, разлетелся по лесу, смешавшись с пением птиц.
Страх отступал с каждым шагом, уступая место любопытству и едва заметному ощущению чуда.
— Ну что, — сказал Тимофей, — вперёд, к ярмарке.
И троица — девочка, мальчик и волк — исчезли за поворотом тропы, где солнце уже коснулось земли своими первыми теплыми лучами.
Они вышли на опушку, где лес начинал редеть, и тропинка вывела их к огромному дубу — древнему, могучему, с корнями, будто змеи, впившимися в землю. Ствол был такой широкий, что троим пришлось бы взяться за руки, чтобы его обхватить. Крона раскинулась высоко, заслоняя половину неба, и казалось, что сам лес склоняет голову перед этим старцем.
Под дубом, прислонившись к коре, стоял Пётр. Он заметил их первым и радостно замахал рукой:
— Эй! Вот вы где! Я уж думал, что вы передумали идти.
Клык насторожился, но, почувствовав знакомый запах, успокоился и вильнул хвостом.
— Мы не передумали, — ответила Ядвига, поправляя платок. — Просто лес не любит, когда из него спешат. Он долго отпускает.
Пётр улыбнулся, немного смущённо почесав затылок.
— Лес у вас и правда особенный. Пока ждал — слышал, как будто кто-то шепчет в ветвях. Думал, ветер… а может, не ветер.
— Может, и не ветер, — заметил Тимофей, переглянувшись с сестрой. — Наш лес умеет разговаривать. Только не со всеми.
— Да уж, — усмехнулся Петя, — я бы с удовольствием с ним поболтал, но мне и дятла утром хватило — чуть сердце не выскочило.
Ядвига рассмеялась — тихо, но от души.
— Тебя всё пугает, Петя. А ведь ты сам позвал нас на ярмарку.
— Так это другое дело! — возразил он, выпрямляясь. — На ярмарке весело — музыка, пироги, яркие ленты… да и люди там добрее, чем кажутся.
— Посмотрим, — сказала Яга, глядя на дорогу, что вела дальше, за поля. Ветер тронул край её платка, и где-то глубоко внутри она ощутила странное волнение — смесь страха и предчувствия чего-то важного.
Клык обошёл дуб, втянул воздух и произнёс негромко:
— Людей близко много. Я чувствую дым, жареное мясо и сладкий мёд. И… шум.
— Верно, — кивнул Пётр. — До ярмарки отсюда совсем немного. Пойдём?
Тимофей взглянул на сестру.
— Ну что, ведьмочка, готова к приключению?
Ядвига вздохнула, но уголки её губ дрогнули в улыбке.
— Готова, — ответила она, сжимая корзинку. — Только если рядом будут вы.
Клык тихо тявкнул, будто соглашаясь, и трое детей вместе с волком ступили на дорогу, освещённую солнечными лучами, пробивавшимися сквозь листву дуба.
И где-то высоко над ними тихо шелестели листья, словно старый дуб благословлял их путь.
— Вы уверены, что Клыка стоит брать с собой? — осторожно произнёс Петя, понизив голос, будто боялся, что волк услышит и обидится. — Люди на ярмарке испугаются… начнётся хаос, кто-то подумает, что зверь сбежал из леса. А вдруг кинутся с вилами?
Тимофей нахмурился и глянул на сестру.
— А ведь он прав, — сказал он после короткой паузы. — Мы и правда не подумали об этом.
Ядвига перевела взгляд на Клыка. Волк стоял чуть в стороне, гордо выпрямившись, его густая шерсть блестела под солнечными лучами. Глаза — глубокие, умные, чуть печальные — смотрели прямо на неё.
— Я не хочу, чтобы из-за меня вам было трудно, — произнёс он спокойно. — Если людям страшен волк — пусть боятся тени, а не меня. Я подожду.
— Ты… не обижаешься? — тихо спросила Яга, в её голосе звучало сожаление.
Клык чуть качнул головой.
— Волки не обижаются, — ответил он. — Мы запоминаем. Но сейчас… мне и правда не место среди людей. Я пойду поохочусь. Нужно размять лапы, да и мясо вам к вечеру принесу.
— Только будь осторожен, — строго сказала Ядвига, чувствуя, как в груди что-то кольнуло — лёгкая тревога, как всегда, когда он уходил в лес.
— Я осторожен, — усмехнулся Клык, и в этой усмешке было что-то почти человеческое. Он подошёл ближе, ткнулся мордой ей в ладонь. — Не волнуйся, ведьмочка.
Яга опустилась на корточки и погладила его по шее.
— Возвращайся скорее. Без тебя будто часть дома уходит.
Волк тихо фыркнул, встряхнулся, и его тень скользнула по траве, растворяясь в тумане между деревьев. Через миг только легкий треск веток и шелест листвы напоминал, что он ещё где-то рядом.