Глава 10. Испытание верой.
— С ними был Пётр, Клавдии сын. — слова вырвались из уст одного из мужчин словно плеть, и в церкви снова воцарилась тяжёлая пауза.
Раздался приглушённый шёпот: кто-то вдохнул, кто-то прижался к иконам, как к защитному щиту. Лицо отца Фёдора побледнело ещё больше; его губы сузились в тонкую линию. Он шагнул вперёд — и даже каменный пол под сводами показался тише от его присутствия.
— Привести мне Клавдию. Немедленно! — выкрикнул он так, словно хотел прорезать ночь насквозь. Его голос разлёгся эхом по камням и срубам, заставив свечи задрожать, а людей — вздрогнуть.
Дьякон Андрей отступил, опустил голову и с глубоким поклоном произнёс:
— Батюшка, я позову людей… Но, может быть, лучше сначала спросить — не введёт ли это лишнюю панику?
Фёдор в ответ едва заметно сжал кулаки. В его глазах играла железная решимость и тень усталости.
— Панику? — холодно переспросил он. — Пусть боятся. Если в этом страхе — шанс найти правду, то он того стоит. Клавдия знает. И если она умалчивает — это предательство.
Толпа заволновалась. Из углов храма послышалось, как кто-то ловко соскочил со скамьи, ступив в тесный проход. Мужчины переглянулись, в их взглядах читалось: кто-то готов выполнить приказ без слов, кто-то — с сомнением.
— Она старая, — пробормотал один голосок, — да и больная немного… её тащить — это жестоко.
— Жестоко? — отрезал другой. — А что они сделали с нашими детьми? — воскликнул кто-то в ответ, и в зале разгорелась новая волна негодования.
Самая тихая женщина в дальнем ряду, дрожа, подняла руки и шепнула:
— Клавдия — не та, чтобы лгать. Она всё расскажет, если её не испугают…