Мысленно крепко и крепко целую твои ручки и на коленях умоляю не сердиться на меня. Мой горячий привет всем родным. Вот и просьба к тебе есть, дорогая мамуля, купи мне воротничок и рукавички, потому запонок не позволяют носить, а воротничок поуже, а то для суда хоть несколько поправить свой костюм: тут он очень расстроился. До свидания же, моя дорогая опять повторяю свою просьбу: не терзай и не мучай себя из-за меня; моя участь вовсе не такая плачевная, и тебе из-за меня горевать не стоит. 22 марта 1881 года»
…По объяснению директора Васильевского музея-заповедника «Усадьба Попова» Валерия Стойчева, под странным надгробием на старом городском кладбище Васильевки похоронена… Анна Ивановна Перовская, супруга Василия Перовского, управляющего имением.
Почему надгробие такое необычное и почему на нем отсутствуют какие бы то ни было данные, загадка.
Загадочное захоронение на старом кладбище Васильевки
Посвященная Аполлону
За какие заслуги бердянская птичница Полина Осипенко была похоронена в Кремлевской стене?
Умышленно выйдя как-то из маршрутки на одной из остановок в Осипенковском — правобережном — микрорайоне Запорожья, я решил поприставать к прохожим — главным образом, к тем, кто помоложе. В честь кого, спрашивал, ваш микрорайон назван? Привожу самый оригинальный — по глупости — ответ: «В честь революционера-ленинца Осипа Пенкина, замученного колчаковцами и сброшенного ими же с плотины Днепрогэса».
Конечно, в ходе общения я и второй вопрос прохожим подбрасывал: известно ли вам, что в мае 1937 года летчица из Бердянска Полина Осипенко, фамилия которой и фигурирует в названии правобережного микрорайона [а полная форма ее имени — Аполлинария — переводится как «Посвященная Аполлону»], установила три высотных мировых рекорда, не побитых до сих пор? Об этом не ведал ни единый из тех, с кем я заговаривал.
Мой опрос не сработал бы, наверное, на родине Полины — в городе Бердянске: не дал бы, вернее, комического эффекта невежества. Во-первых, потому, ее родное село Новоспасское теперь носит фамилию летчицы-рекордсменки. Во-вторых, сам курортный Бердянск на протяжении 19-ти лет — с 1939-го по 1958-й — назывался городом Осипенко. Уж там-то, на берегах Азова, я полагаю, о Полине Осипенко известно поболее, чем на правобережном Запорожье.
Кто-нибудь из бердянцев, например, сходу бы припомнил, что героиня моего повествования — первая украинка, получившая звание Героя Советского Союза. Причем в мирное время. За всю историю существования некогда великой страны Советов их было пять — женщин-Героев, проявивших героические качества не на войне. Ну, а более-менее эрудированный житель города-курорта, указав на памятник Полине Осипенко, заметил бы, что после смерти летчицу похоронили не на родине, а в центре Москвы, в Кремлевской стене. Такой чести удостоились всего восемь (!) женщин, если считать сестру и жену Ленина.
О каких фактах биографии умалчивала Полина?
О себе Полина, насколько я понял, собирая материал, всегда рассказывала охотно, но… неискренне. И на ее автобиографические, скажем так, вольности попалась даже прославленная летчица, тоже Герой Советского Союза, Валентина Гризодубова. В своих воспоминаниях она упоминает и о нелегком бедняцком детстве подруги с берегов Азова, и о ее работе птичницей в колхозе под Бердянском, и о случайной встрече в 1930 году с женщиной-пилотом, посадившей самолет неподалеку от Новоспасского. Это событие якобы и стало поворотным в судьбе скромной птичницы.
«Под вечер самолет улетел, — вычитал я в мемуарах Валентины Гризодубовой, — а Полина три дня ходила задумчивая. Потом еще два дня писала письма, хотела узнать, где есть авиационные школы или училища, можно ли ей, дочери бедняка, выучиться на летчицу. Скоро она узнала про Качинскую авиашколу под Севастополем. И, упросив председателя колхоза отпустить ее с фермы, собрала в деревенский сундучок немудреное имущество и поехала. Желание летать стало ее высокой и прекрасной мечтой. Чтобы поступить в школу, она проявила максимум энергии».
Но взяли ее… официанткой в летную столовую. А в курсанты будто бы зачислили только по разрешению самого Клима Ворошилова, заглянувшего однажды с инспекцией в Качу.
А почему ж, стало мне непонятно, Полина не поведала подруге о том, что до потрясшей ее воображение встречи она уже три года была замужем за… военным летчиком Степаном Говязом? Ведь и в Качу-то она благодаря Степану попала: его служить на берега Черного моря определили. Думаю, и Клима Ворошилова не было в биографии Полины. Согласно архивным данным Качинского военного авиационного училища летчиков, в списке выпускников 1933 года, кроме бывшей бердянской птичницы, значатся фамилии еще шести женщин. Это Вера Ломако, Тамара Казаринова, Мария Нестеренко, Клавдия Уразова, Надежда Сумарокова и Лина Юдина. Не уникальный, следовательно, случай был в довоенной истории Качи с зачислением в курсанты представительницы слабого пола!