— Нет! Нет! — воскликнул Фродо. — Совет на меня возложил эту ношу.
— Из-за нашей собственной глупости враг победит нас! — воскликнул Боромир. — Как это бесит меня! Глупость! Отвратительная глупость! Отчаянно бежим к смерти и сами разрушаем надежду на спасение. Если какие-то смертные и могут претендовать на Кольцо, то это люди Нуменора, а не невысоклики. Оно не ваше, вы получили его случайно. Оно должно быть моим. Отдайте его мне!
Фродо не отвечал, но отодвигался, пока большой плоский камень не оказался между ними.
— Послушайте, мой друг, — сказал Боромир более мягким голосом. — Почему бы не избавиться от него? Почему не освободиться от страха и сомнений? Можете обвинить меня, если хотите. Можете сказать, что я слишком силен и взял Кольцо силой. Потому что я сильнее вас, невысоклик! — воскликнул он; неожиданно он прыгнул на камень и устремился к Фродо. Его красивое приятное лицо отвратительно изменилось; гневный огонь горел в его глазах.
Фродо уклонился и опять спрятался за камнем. Он мог сделать только одно: дрожа, он снял Кольцо с цепи и быстро надел его на палец в тот момент, когда Боромир снова прыгнул. Человек удивленно смотрел мгновение, затем дико забегал вокруг, заглядывая между скал и деревьев.
— Жалкий обманщик! — закричал он. — Дайте мне положить на вас руки! Я понял вас! Вы хотите отдать Кольцо Саурону и продать всех нас. Вы ждали только возможности, чтобы заманить нас в засаду. Да обрушится на вас и на всех невысокликов смерть и темнота!
Запнувшись, он упал и лежал, спрятав лицо. Некоторое время он лежал неподвижно, как будто собственное проклятие поразило его; неожиданно он заплакал.
Затем он встал и вытер слезы.
— Что я сказал? — воскликнул он. — Что я сделал? Фродо, Фродо! — звал он. — Вернитесь! Меня охватило безумие, но оно прошло. Вернитесь!
Ответа не было. Фродо даже не слышал его криков. Он был далеко, поднимаясь по тропе на вершину холма. Ужас и горе охватили его, он все время видел перед собой безумное яростное лицо Боромира и его горящие глаза.
Вскоре он поднялся на вершину Амон Хен и остановился, отдуваясь. Как сквозь туман он увидел широкий плоский круг, вымощенный большими плитами и окруженный обрушившимся валом; в середине, на четырех резных столбах, стояло высокое сидение, куда вела лестница из многих ступеней… Он поднялся наверх и сел в древнее кресло чувствуя себя, как заблудившийся ребенок, который взобрался на трон черных королей.
Вначале он увидел мало. Ему казалось, что мир затянут туманом, в котором видны были только тени: Кольцо было на нем. Потом тут и там туман разошелся, и он увидел множество видений: маленькие и ясные, они как будто проходили перед ним и в то же время были очень далеко. Звуков не было, только яркие живые картины. Весь мир стал четким и замолчал. Он сидел на Сидении Зрения, на Амон Хене, Холме Глаза людей из Нуменора. На востоке он увидел широкие незнакомые земли, безымянные равнины и неисследованные леса. Он взглянул на север: великая река, как лента, извивалась перед ним, а туманные горы стояли, маленькие и крепкие, как ломаные зубы. Он посмотрел на запад и увидел широкие пастбища Рохана и Ортханк, башню Изенгарда, как черную точку. На юге великая река извивалась петлей и падала в пенную пропасть Роуреса; сверкающая радуга поднималась из пены. Он увидел и Этир Андуин, могучую дельту реки, и мириады морских птиц, поднимающихся, как белая пыль на солнце, и под ними зеленое и серебряное море, изборожденное бесконечными линиями.
И всюду, куда бы он ни взглянул, видел он знаки войны. Туманные горы кишели, как муравейник: из тысяч щелей выходили орки. Под кронами кромешного леса смертельные схватки вели между собой люди, эльфы и хищные звери. Земля беорнингов была в огне; облака поднимались над Морией и дым клубился на границах Лориен.
Всадники скакали по травам Рохана; волки выходили из Изенгарда. Из гавани Харад в море выходили боевые корабли; на востоке бесконечно двигались люди: мечники, копьеносцы, лучники на лошадях, колесницы вождей и груженные телеги. Все силы Повелителя Тьмы пришли в движение. Вновь повернувшись на юг, Фродо увидел Минас Тирит. Он казался далеким и прекрасным: белостенный, многобашенный, гордый на фоне гор, укрепления его сверкали сталью, башни сверкали множеством знамен. Надежды тронула сердце Фродо. Но против Минас Тирита он увидел другую крепость, большую и более сильную. Туда, к востоку, невольно тянулся его взгляд. Он миновал разрушенные мосты Осгилиата, угрюмые ворота Минас Моргула и попал в Горгорот, Долину Ужаса в земле Мордор. И здесь лежала тьма, несмотря на солнце. Огни мерцали в дыму. И дымилась гора судьбы, поднимался от нее пар и дым. Тут взгляд его остановился — стена на стене, укрепление на укреплении, черная, неизмеримо сильная, гора железа, ворота стали, башни алмаза. Он увидел его — Барад-Дур, крепость Саурона. Всякая надежда оставила его.
И неожиданно он почувствовал глаз. В Башне Тьмы был глаз, который никогда не спал. Огненная ярость была в его взгляде. Взгляд устремился к нему, взгляд искал его. Очень скоро он найдет его, точно будет знать, где он. Он осмотрел Амон Лхав. Он скользнул по Тол Брандиру — Фродо сполз с сидения, скорчился, закрыл голову серым капюшоном.
Он услышал свой крик: «Никогда, никогда и никогда!» Или: «я иду, я иду к тебе!» Он не мог сдержать себя. Потом какая-то другая власть овладела его мозгом: «сними его! Сними его! Глупец, сними его! Сними Кольцо!»
Две силы схлестнулись в нем. На мгновение, зажатый между ними, он застонал в мучениях. И вдруг снова овладел собой. Он снова был Фродо, не голосом и не глазом.
Он снял Кольцо с пальца. Он стоял на коленях у сидения в ярком солнечном свете. Черная тень, казалось, как рука над ним, она миновала Амон Хен, ушла на запад и исчезла. Небо вновь было ясно, и птицы пели на каждом дереве.
Фродо поднялся на ноги. Большая слабость овладела им, но воля его была тверда и на сердце полегчало. Он громко сказал себе:
— Теперь я знаю, что я должен делать. И мне ясно, что зло Кольца действует даже на товарищество, и Кольцо должно покинуть их до того, как наделает еще больший вред. Я пойду один. Некоторым я не могу верить, а те, кому я верю, слишком дороги для меня: бедный старина Сэм, и Мерри с Пиппином, и Бродяжник тоже, сердце его стремится в Минас Тирит, он нужен там, особенно теперь, когда Боромир впал в зло. Я пойду один. Немедленно.
Он быстро пошел вниз по тропе и вернулся на лужайку, где его нашел Боромир. Он остановился здесь, прислушиваясь. Ему показалось, что он слышит крики в лесу у реки.
— Они меня ищут, — сказал он. — Интересно все же, долго ли я отсутствовал? Мне кажется, много часов. — Он заколебался. — Что мне делать? — пробормотал он. — Я должен идти сейчас или никогда не смогу уйти. У меня может больше не оказаться такой возможности. Мне не хочется уходить от них, и особенно так, без объяснений. Но, конечно же, они поймут. Сэм поймет. Что еще мне остается?
Медленно достал он Кольцо и снова надел его. Он исчез и пошел вниз по склону холма тише шелеста ветра.
Остальные долго сидели на берегу. Некоторое время они молчали, беспокойно двигаясь, но вскоре они уселись кругом и заговорили. Вновь и вновь пытались они говорить о других вещах, о своей долгой дороге и многочисленных приключениях, они расспрашивали Арагорна о королевстве Гондор и его древней истории, и об останках больших сооружений, которые все еще видны в пограничных землях Эмин Муила: каменные короли, и сидения на Лхаве и Хене, и большая лестница у водопада Раурос. Но все время их мысли и слова возвращались к Фродо и Кольцу. Что выберет Фродо? Почему он колеблется?
— Он обдумывает, какой путь опасней, как мне кажется, — сказал Арагорн. — И он прав. Теперь для товарищества еще опаснее идти на восток, так как мы выслежены Горлумом и должны опасаться, что тайна нашего путешествия тоже раскрыта. Но Минас Тирит не ближе к огню и разрушению ноши.
Мы, конечно, можем задержаться там и обороняться. Но Денетор со всеми своими людьми не может надеяться на то, что не под силу и Элронду: ни сохранить тайну ноши, ни сопротивляться всей мощи врага, когда он придет за ней. Какой путь избрал бы каждый из нас на месте Фродо? Мы действительно потеряли Гэндальфа.
— Тяжела наша потеря, — сказал Леголас. — Но мы должны принять решение без его помощи. Почему бы не решить и тем не облегчить решение Фродо? Давайте позовем его и поговорим. Я буду ратовать за Минас Тирит.