- Так он и железо может в порошок превратить?
- Ну да, может, постой, железо, говоришь, - подхватился Чернота. - Железо, вот оно решение. Гидо, ты молодец, подсказал удачную мысль. Железо - основа крови людей, в том числе и Создателей. Так, Гидо, тебе задание, пойдешь в наши мастерские, вон, видишь, длинное здание под красной черепицей, и от моего имени потребуешь выполнить заказ. Кол и деревянную кувалду.
Герцог оскалился:
- Паша, да для такого хорошего дела я сам все вытешу, топор дело привычное.
- Тогда разбежались, мне к нашим механикам-самоделкиным, - и друзья выскочили из коттеджа.
Четко сформулировав задачу умельцам Ордена, Павел отправился к начальству - получить официальное добро акции на Цебусе. Секретарши Ларисы на месте не оказалось, и заготовленный тортик он оставил на ее столе. Войдя в кабинет, застал там одного Мозеса. Тот занимался, видимо, интересным и увлекательнейшим делом - ползая по полу. раскрашивал фломастерами огромную карту. Высунутый язык старого мага был исчеркан штрихами различных цветов.
- Не помешал? - вежливо осведомился опер.
- А, Пашенька, присаживайся, потерпи пару минут, уже заканчиваю.
Вскоре Высший маг оторвался от непонятного художества и подбоченясь разглядывал результат:
- Шедевр, ну настоящий шедевр! Что скажешь, Паша?
- Простите, но я ничего не понимаю в абстракционизме.
- Эх, молодежь, - посетовал Мозес, направляясь к одному из сейфов.
Выставленная на стол литровая хрустальная бутылка радовала глаз своими гранями и строгой черно-золотистой этикеткой с коронной печатью.
- Напиток гетарских королей. Сам Ремакс IV пожаловал, - вещал Мозес, шустро наполняя рюмки.
Паша пробовал отбрыкаться от дегустации, но куда там, старый маг привел убийственный аргумент - мол, пить один не может, не алкоголик.
-Так что не выкобенивайся, не подводи начальство.
Возразить было нечего, и опер Чернов махнул рюмку королевского напитка. Огненная жидкость обожгла пищевод, а затем забушевала пожаром в желудке. Хлебнув полбутылки минералки, заботливо поданной Мозесом, Чернов только и смог просипеть:
- Козел он, ваш Ремакс, паленая водка и то лучше.
Мозес в ответ выпил свою рюмку, не поморщившись.
- Чего привередничаешь, не ключница в кладовке делала, а королевский винодел. Тройная очистка - семьдесят градусов на выходе.
- Между прочим только алкаши пьют без закуски, - мстительно заметил Павел.
- Благородный напиток портить закусками, - возмущался маг и замахал руками. - Кощунствуешь, сын мой.
Паша тяжело вздохнул:
- В этом кабинете пьянка когда-нибудь кончится? Кстати, где Архангелов?
- В командировке, - пробубнил Мозес, закрывшийся в сейфе. - Вот тебе шоколадка, привередливый ты наш. Давай по единой.
Вторая рюмка пошла значительно легче - появилась некая легкость мыслей.
- Ты, Паша, приперся за санкцией на Цебус? Считай, что ее получил, не отвлекайся от дегустации.
- Но я же на службе, - запротестовал опер.
- А я что в отпуске? - парировал маг.
- Хорошо, но это последняя рюмка!
Пашку вдруг неожиданно развезло, пришлось сосредотачиваться на отрезвление.
Перед ходом Мозес зацепился за его Гебу.
- Пашенька, такой ценный кадр для Ордена очень нужен, сам понимаешь. Помоги ее уговорить.
- Ничего не выйдет, девушка занята, создает свое королевство на Хане. Материально ее не заинтересовать, сами понимаете. Возможно, поучаствует в разовых акциях, но гарантий дать не могу.
- Да, да, понимаю, - сокрушенно покивал головой Мозес.
Действительно, силой заставить Создательницу работать на Орден невозможно и даже самоубийственно, а прельстить хорошими бонусами тем более. Девушка честно заработала семьдесят тысяч тонн трофейного золота - этого более чем достаточно и для королевства, и для безбедной жизни ее будущим потомкам.
- Да, Паша, - остановил его на пороге Мозес: загляни к головастикам, у них, по-моему, остался запасец ампул с мужской спермой. Наведешь карачун Создательнице, а потом осеменишь молодых амазонок. Повысим демографию...Ик...На Цебусе...Ик. Га-га-га.
Заржавший Мозес вдруг закатил глазенки и вывалился с полукресла на ковер, похрапывая. Высший маг оказался пьян в стельку.
- Боже мой, с кем я работаю, - пробормотал Павел, выходя из кабинета.
В приемной восседала ослепительная Лариса, любуясь собой в маленькое зеркальце.
- О несравненная богиня, вам так идет этот цвет волос! Вы похожи на милого волнистого попугайчика!
- Всеязвите, Пашенька, - закокетничала секретарша, поправляя зеленый локон.
- А если серьезно, Ларисонька, зачем вы выкрасились в лягушачий цвет?