— Не сомневайтесь, Ваша светлость, корабль полностью в вашем распоряжении.
Матросы вшлюпках высадили пассажиров на песчаный берег. Немногочисленная свита герцога насчитывала восемь человек. Шесть ветеранов-гвардейцев с лейтенантом и секретарь-переводчик. Поднявшись на взгорок, Пашказаозирался, приглядываясь — их должны встречать. И точно — из-за опушки вынеслась кавалькада всадников, за ними пылила карета, запряженная четверкой лошадей. Вскоре граф обнимался с Пако. Тот затараторил от волнения:
— Наконец ты объявился, слава Единому Творцу. Мои дозорные неделю глаз не смыкают, тебя встречаючи.
— Объяви им благодарность да выдай по золотому. Герцог, прошу меня извинить, но я давно не видел товарища. Позвольте представить моего друга, графа Пако Виго дé Бокэ — один из лучших мечников Тарагона.
Пако почтительно склонил голову и стукнул себя в грудь в воинском приветствии.
— Прошу в карету, господин герцог, проследуем в лагерь. Отдохнете с дороги.
* * *
Воинская стоянка располагалась в низкой балке, укрытая со всех сторон деревьями. По оценке герцога, здесь собиралось не менее двух тысяч воинов. Чувствовалась дисциплина и порядок. Палатки стояли аккуратными рядами, праздношатающихся и пьяных не наблюдалось.
После плотного обеда герцог с сыном отправились отдыхать в специально выделенный шатер. Сняв сапоги и камзолы, улеглись на походные раскладные кровати. Какое блаженство, чувствовать под ногами земную твердь после непрерывной качки.
— Скажи, отец, ты веришь графу дé Лоредану?
— Да, сынок, пока его слова не расходились с делом. Ты, Реджи, не в курсе, а ведь граф в одиночку уничтожил пять пиратских кораблей по пути в Эброн.
Молодой герцог недоверчиво скривился.
— Зря морду корчишь, оэтой славной виктории мне по секрету поведал капитан Ромегас. А в свидетелях — вся команда корабля. Давай отдохнем, завтра трудный день, — и герцог, отвернувшись к стенке, заснул.
Спустя какое-то время Реджи последовал его примеру — усталость после плавания брала свое.
* * *
В штабной палатке собрались соратники Черноты и несколько новых лиц — бароны из новых графств. Первым выступал Орест:
— Под нашими знаменами девять с половиной тысяч солдат. Из них полторы тысячи — наемники. В столице находятся три гвардейских полка — это девять тысяч всадников. Один полк гвардейцев постоянно охраняет императорский дворец. Солдаты гарнизона — два полка — находятся в предместьях Савоны. Выходит, основной противник — гвардия. Предлагаю разделить наше воинство на три отряда — два блокируют казармы, а одна идет на штурм дворца.
— Карта есть? — поинтересовался Пашка.
— А как же, — Орест сноровисто расстелил на столе небольшой рулончик тонкой бумаги. — Ваш тесть постарался, его люди месяц трудились.
Военачальники сгрудились над картой столицы, посыпались замечания и предложения.
— Ланс, сколько орудий притащили?
— Пятьдесят два, господин граф.
Выступление должно начаться рано утром, незадолго до восхода местных светил. Графы и бароны разъехались по своим отрядам, а Пашка завалился дрыхнуть тут же, в штабной палатке.
После трех часов пополуночи дружины пришли в движение — войска подтягивались к Савоне, выходя на ударные позиции. Согласовав свои действия с Орестом, командующим объединенным воинством, Чернота, поправив боевой пояс, шагнул в отрывшуюся арку телепорта. Он еле отбился от навязываемой ему охраны.
— Пойми, чудак, — говорил Пашка бывшему капитану наемников, — дружинники будут мне только мешать, да и не смогу я их всех скопом переправить во дворец.
Очутился он в длинном полусумрачном коридоре, освещаемом редкими свечами в настенных канделябрах. Схемы дворца достать не удалось, значит, нужен «язык». Пашка, поплутав некоторое время по бесчисленным переходам и сквозным помещениям, наконец, наткнулся на часового гвардейца. Тот дремал, прислонясь к колонне, видимо, бдил всю ночь, бедняга.
Несильным тычком в шею стажер обездвижил часового, а затем затащил в какое-то помещение. Похлопав по щекам, привел в чувство. Дюжий парень с открытым и честным лицом производил приятное впечатление. По наитию Пашка решил быть с ним откровенным и выложил, для чего здесь объявился. К его облегчению гвардеец оказался нормальным человеком и охотно согласился показать императорские покои, предупредив, что на подходе — тройное кольцо охраны.
— Ну это мои проблемы, — хмыкнул Пашка. — Держись за моей спиной, и все будет чики-пуки.
— Как это?
— Хорошо будет. Хватит разговоров, вперед.
Быстрым шагом пересекли дворец и устремились к правому крылу. Пока недоверия проводник не вызывал — шли точно по предсказанному им маршруту. Поднявшись по широкой лестнице на третий этаж, солдат предупредил:
— Вход в покои направо, там первый сдвоенный пост.
— Добро. Оставайся здесь, дальше я сам.
Пашка передернул плечами, вгоняя себя в боевой режим.
Часовых не хотел убивать — люди на работе, ну если только не начнут махать мечами. Сосредоточившись, мягко скользнул на площадку — походя, уложил двух вояк оземь и понесся дальше. Второй пост охраны располагался в конце широкой анфилады и насчитывал не менее десяти гвардейцев. Пять ударов сердца — и часовые остались лежать на коврах, покрывающих мраморный пол. Открыв массивную дверь, Пашка очутился в маленьком зале, по периметру которого располагалась охрана. Посреди зала, за небольшим столом, сидел человек в белом плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Два часовых застыли неподвижно рядом, охраняя страннуюфигуру.
— А ведь это наверняка дежурный маг, вот его нужно валить в первую очередь.
Охрана не смогла среагировать на метнувшуюся тень. Росчерк меча — и голова колдуна покатилась по полу, расплескивая кровь. Пашка метался по залу, что волк в овчарне, тихо, без звука вырубая гвардию. Не выходя из боевого транса, ворвался в опочивальню императора и едва ушел от выстрела стационарного бластера. Проскочив мертвую зону, моментально отсканировал обстановку. С роскошной кровати в ночной рубахе сползал самозванец с некой блестящей штуковиной в руке.
— Что, граф, решил переворот устроить? Ты умрешь первым, — напыщенно произнес Ричард Кембриджский, безуспешно тыча стволом в сторону Черноты.
Найн — оружие не работало.
— Не терзай попусту ствол, лайми.
Тирана передернуло:
— Ты знаешь, кто я такой и за это поплатишься. Охрана, ко мне гвардия.
— Не ори, твоя гвардия отдыхает. Прощай, желтоухий.
Зашипел воздух от взмаха клинка, и обезглавленное тело упало навзничь. Ноги бывшего императора дернулись несколько раз в предсмертной конвульсии — и все, конец эпохи правления Ричарда I.
Выйдя в зал-предбанник, Пашка застал оставленного гвардейца за полезным и интересным занятием. Тот связывал по рукам и ногам охрану, причем не всех подряд. Гвардеец кивнул на свободных от пут солдат:
— Это надежные парни, Ваше сиятельство.
— Как звать тебя, служивый?
— Хуго, господин граф.
— Вот что, Хуго, помоги соорудить на крыше сигнальный костер. Обрывай шторы с окон, а я присмотрю что-нибудь для растопки.
Поднявшись наверх через люк, раскололи кинжалами низенький столик.
— Эка незадача, огниво забыл, — ругался гвардеец, хлопая себя по карманам.
Пашка молчком поджег деревяшки искрой, выскочившей из пальца. Костер быстро разгорелся, и Хуго бросил в огонь парчовую шторину. Повалил гутой дым, недалеко от площади ухнули орудия. Схватка началась.
— Ваша светлость, дозвольте доложить.
— Валяй.
— На втором этаже располагается начальник тайной стражи, граф дé Джадо, редкая сволочь. В этом же крыле живут маги числом три.
— Теперь уже два. Магов помножим на ноль, а графа дé Джадо возьмем живьем — много знает.
— Как прикажете, господин граф.