Пашка абсолютно не испытывал волнения или трепета от своего появления во дворце. А по барабану – монархи, титулованные особы и прочие. Он и на Земле наплевательски относился к высоким должностным лицам. Не место красит человека, а наоборот. Потому равнодушно оглядывал мельтешащую толпу и с нетерпением ждал момента получения своей бумаги, чтобы отвалить на фиг к любимой Беате.
Пробил гонг, и церемониймейстер голосом профессионального диктора объявил:
– Его императорское величество Ричард I Кембриджский Непобедимый, любимец народа и повелитель Тарагона.
Занавес, закрывающий трон, расползся в разные стороны, открывая сидящего человека в мантии и с короной на голове. Толпа присела на одно колено, дамы исполнили реверанс с поклоном. Желая поближе глянуть на тирана, Пашка потихоньку продвинулся вперед. Приблизившись метров на двадцать к объекту, сразу почувствовал что-то неладное. Нет, с телохранителями, обступившими императора, и тремя магами, стоявшими за спинкой трона, было все в порядке, с самим Кровавым заморочки. Чернота отметил некое тонкое различие между живыми людьми и тираном.
«Голограмма», – чуть ли не завопил Пашка. Не удержавшись, он подмигнул весьма натуральному изображению Ричарда I.
Торжество большого приема шло своим чередом – сначала представился новый посол Арендала, затем два генерала армии, затем церемониймейстер выкрикнул:
– Граф Паша Черный д’Лоредан.
Пашка остановился метрах в десяти от трона, за шаг до первых телохранителей с обнаженными мечами. Ричард I – мужчина лет пятидесяти с вялым лицом и блеклыми глазами – прочитал свиток. Потом впялился в Черноту рыбьим взглядом и, осклабившись, выдал:
– Весьма приятно видеть новые лица в наших графствах. Насколько мне известно, этот титул вы взяли на меч, а не могли бы вы сейчас продемонстрировать свою удаль? Я подпишу документ после поединка, если останетесь живы, конечно, – довольно закончил он и скорчил ехидную рожу. – Эй, Виго, займись претендентом на лореданское графство.
Из толпы прихлебателей не спеша выбрался гигант под два метра ростом с длинным двуручником на поясе. Лицо великана пересекал ужасный шрам от лба до подбородка.
Раздались аплодисменты, дамы защебетали, а мужчины расправили усы в ожидании увлекательного зрелища. Пашка выглядел мельче своего противника раза в два, а потому его вопрос вызвал бурную реакцию, неудержимый хохот. Смеялись все присутствующие, включая Ричарда I, магов и самого зверообразного Виго. Телохранители лишь улыбались – смеяться не положено по службе. Собственно, Чернота спросил о деле серьезном, а они ржали. Дословно:
– Ваше величество, для вашей подписи достаточно отрубить противнику голову или еще что-нибудь?
Император поднял руку.
– Поединок состоится немедленно, он будет продолжаться до гибели одного из соперников.
Придворные живо очистили место, образовав большой круг.
Виго, видимо хороший мастер боя, небрежно выдернул свой меч величиной с оглоблю и легко закрутил замысловатые фигуры, играя на публику. Пашка вздохнул – не хотелось убивать громадного дурака, а придется, иначе не видать графства. Благополучие многих людей против одной жизни – выбор очевиден, прочь сомнения. Клинок с тихим шелестом выполз из ножен, словно говоря: «Хозяин, я готов, дело за тобой».
Начали. Первым ударил Виго – его меч сверкнул молнией, устремляясь сверху вниз. Не найдя противника, врезался о мраморный пол, высекая кучу искр. В следующий момент в глазах гиганта появилось нешуточное удивление, оставшееся в них навечно. Голова покачнулась и неожиданно скатилась вниз, из шеи ударил фонтанчик крови.
В зале приемов раздался оглушительный многоголосый женский визг. Ошеломленные мужчины только хлопали глазами. Пашка объявился сбоку от туловища, которое тотчас упало, гремя кирасой.
Император хватал ртом воздух – его первого поединщика, первоклассного и верного офицера «сделал на раз» обычный парень средних физических форм. Чертовщина какая-то. Голографический Ричард I вопросительно глянул на придворных магов, но те лишь развели руками. Применения магии не наблюдалось, что и требовалось доказать. Тирану ничего не оставалось, как подписать документ.
Вот здесь Пашка с удовольствием наблюдал – как они выкрутятся? Ведь сама бумага с живым императором не здесь, а где-то в неведомом кабинете. Все оказалось просто: церемониймейстер объявил об окончании приема, занавес закрылся, а Черноте спустя пять минут вручили графский патент с императорской подписью, золотой печатью, все как полагается.