Филл Ростов протянул руку, и Варвара вцепилась в неё, позволяя вытащить себя через пробоину. Ноги коснулись земли — мягкой, поросшей мхом и усыпанной осколками стекла. Она замерла, ошеломлённая. Никогда ещё она не видела Землю так близко. Руины небоскрёбов, оплетённые ядовито-зелёным вьюном, возвышались, как скелеты древних титанов. Голубое небо, пронизанное солнечными лучами, казалось неестественно ярким после фильтрованных иллюминаторов Кольца. Серая дорога, растрескавшаяся и заросшая лишайником, уходила вдаль, теряясь среди бетонных остовов и редких стёкол, мерцающих, как осколки мёртвого зеркала.
Кто-то толкнул её в спину, и Варвара шагнула в сторону. Катя и сын Филла, Максим, уже выбрались из челнока и стояли рядом, держась за руки. Их скафандры мигали зелёными индикаторами, но лица за забралами были бледными. Остальные пассажиры, пошатываясь, покидали искорёженный корпус, их шаги хрустели по обломкам.
Варвара почувствовала лёгкое касание. Филл наклонился ближе, его голос за фильтрами звучал глухо.
— Если со мной что-то случится… — прошептал он. — Позаботься о Максимке.
— Обещаю, — твёрдо ответила Варвара, но тут же нахмурилась. — Но почему ты вдруг мне доверяешь? Ты же был против меня.
— И сейчас против твоих страшилок для детей, — вздохнул Филл, его глаза за забралом потемнели. — В таком возрасте это травмирует. Но ты единственная, кто может вытащить нас. Твоя камера, твой сигнал — это оружие. Только будь осторожна с этим военным. Он использует тебя, чтобы добраться до буровиков, а потом может убить, чтобы замести следы и вернуться на Кольцо. Ты знаешь, как работают их агенты — ложь, подставы, ликвидация.
— Его байки про пиратов — чушь, — продолжил Филл, понизив голос. — Он сделает всё, чтобы вывернуться. На Кольце ему жилось лучше, чем среди отбросов. Выясни, почему Совет так хочет тебя убрать. Пока не поймёшь причину, ты в опасности.
Варвара вспомнила свой цикл репортажей о лунных свалках, вызвавший гнев Совета. Она тогда копнула слишком глубоко, раскрыв схемы утилизации, которые шли вразрез с официальной пропагандой. Но прежде, чем она успела ответить, из руин раздался жуткий рык — низкий, вибрирующий, от которого кровь застыла в жилах. Варвара вздрогнула и обернулась. Филл отступил к челноку, заметив, как корпус вновь оплетает светящийся мицелий. При их приближении из сети вырастали тонкие усики, тянущиеся, словно живые сенсоры.
— Невероятно! — выдохнул Филл, его голос дрожал от восторга. — Это не просто лишайник. Симбиоз с чем-то ещё — возможно, микроорганизмами или даже червями. Генетический коктейль, созданный пятьсот лет назад. Природа переписала себя!
— Филл, не туда смотришь, — оборвала Варвара, ткнув пальцем в сторону дороги. — Что это за твари?
В тридцати метрах, по растрескавшемуся асфальту, двигались существа — похожие на собак, но с противоестественной пластикой. Их тела, лишённые шерсти, покрывали чёрные тентакли, которые цеплялись за поверхность, подтягивая массивные туши. Сквозь текучую массу проглядывали головы с клацающими челюстями и глазами, горящими жёлтым, как фонари в тумане.
— Опасны, — выдохнул Филл, его лицо побледнело. — Сложный симбиоз, как и лишайник. Генетические гибриды, созданные людьми. После нашего ухода они эволюционировали, считая нас врагами. Пятьсот лет без контроля — и Земля стала заповедником смерти. Восхитительным, но смертельным.
Военный шагнул вперёд, его карабин был наготове. Зеркальный шлем отразил тени тварей, приближающихся в тумане.
— Хватит трепаться, ботаник, — рявкнул он. — Веди к высотке. И ты, Беседова, включай камеру. Пора двигаться, пока нас не сожрали.
Варвара моргнула, активируя нейроимплант. Её взгляд скользнул по Кате, чьи пальцы сжимали руку Максима, и по Филлу, который нервно оглядывался.
— Кать, не отставай, — прошептала она, её голос дрожал, но решимость крепла. — Мы выберемся. И я раскрою их игру.
За их спинами мицелий на челноке вспыхнул ярче, а рык из руин стал громче, ближе. Земля просыпалась, и она была голодна.
Воздух в шлеме был пропитан озоном и металлом, но сквозь фильтры скафандра пробивались запахи Земли: влажная гниль руин, приторно-сладкий аромат мутировавших цветов, едкая пыль раскрошенного бетона. Земля дышала, и её дыхание было чуждым, почти осязаемо враждебным. Вдалеке раздавался низкий, вибрирующий рык, от которого вибрировал асфальт под ногами. Твари приближались.
Пять или шесть монструозных созданий выползли из теней, их тентакли скользили по растрескавшейся дороге, оставляя слизистый след. Их текучие тела пульсировали, а жёлтые глаза горели в ядовитом тумане. Варвара замерла, сжимая руку Кати, пока Максим, сын Филла, вцепился в её локоть. Пассажиры, столпившиеся за их спинами, оцепенели, их скафандры мигали аварийными индикаторами.