– Их необходимо убрать, – холодно прервал страдания отца Арон. – Ты сам понимаешь, что предавший раз предаст снова.
Выражение скорби на лице мужчины исчезло, оставляя место ярости. И когда он поднялся с кресла, в бешенстве сжимая кулаки, Арон с некоторым удивлением услышал:
– ВОН!
Криво улыбнувшись, чёрный маг встал, отвесил поклон и, обернувшись на выходе, выпалил полное затаённой обиды:
– Ты ослеплён чувствами, отец! Даже сейчас, когда они открыто объявили тебе войну, ты подставляешь не только себя, но и всех нас под удар, но не желаешь даже попробовать подумать разумно! Где же твои хвалёная мудрость, кодекс воина и свод норм и правил тёмных?!
Мужчина ничего не ответил. Арон, презрительно скривившись, прежде чем уйти, жёстко припечатал:
– Мы не можем оставить за спиной врагов. И если ты не согласишься с данными доводами рассудка, боюсь, что в скором времени за твою так называемую «власть» над нами не поручусь даже я.
И, не прощаясь, старший сын повелителя ушёл к себе домой.
***
Зоя проснулась довольно поздно. На кухне уже сидела сонная, растрёпанная Катя, пробормотавшая приветливое «доброе утро» при виде соседки. Завтракали молча, погружённые в свои мысли. А после Катя сообщила, что хочет пробежаться, и, собравшись, пообещала забежать ещё и в магазин на обратном пути.
В последнее время Зоя очень даже любила одиночество. Оно позволяло не скрывать свою боль и скорбь, позволяло думать и рассуждать здраво, без шанса на давление и навязывание со стороны людей. Но сегодня почему-то не смогла остаться наедине с собой и вышла из дома.
Был чудесный летний день. В Севере было, как ни странно, очень тепло и солнечно, а сегодня ещё и невероятно ярко. Всё вокруг словно светилось, переливалось красками. Бредя по оживлённым всегда улицам, Зоя невольно почувствовала, что город словно расслабился, совершенно никто не спешил, никто ни с кем не ругался, даже дети не кричали, а словно наслаждались каждой минутой тишины и покоя. Такого яркого, наполненного самым настоящим тихим счастьем покоя.
Никогда Зое не было ещё так уютно на улице, среди незнакомых лиц.
И никогда ещё так резко она не выходила из блаженного покоя!
Невольно сбившись с шага, девушка в немом страхе едва не упала, ощущая, как ноги свело от сильнейшего волнения. И, как в страшном сне, стараясь не делать резких движений, Зоя продолжила путь, напряжённо прислушиваясь.
Не оборачиваться… Интуиция просто вопила о крадущейся за спиной опасности, но… не оборачиваться.
Заметив знакомый проулок, Зоя, даже не задумываясь, свернула с улицы, прошла пару метров внутрь частного сектора и, всё так же боясь обернуться, распахнула знакомую калитку, после стремительно закрыла её на засов, и только когда постучала в дом, и ей открыли, дрожь перестала бить её тело.
– Извините… – только сейчас осознав, как выглядит её наглое вторжение, пролепетала Зоя при взгляде мужчины, удивительно похожего на Жеку.
– Входи, входи, – радушный хозяин улыбнулся, пропустил Зою в дом, а после позвал громогласно:
– Жека!
– Да? – голос раздался откуда-то со второго этажа.
– К тебе гостья, – уведомил он сына, а после уделил всё своё внимание Зое. – Маг света, насколько я помню, Зоя?
Девушка неловко кивнула и увидела спускающегося со второго этажа Жеку.
– Василий, – представился мужчина, а со стороны лестницы раздалось бодрое:
– Рановато ты сегодня.
– Вам чайник поставить? – спросил, удаляясь, дядя Вася.
Жека вопросительно взглянул на Зою, а увидев, как девушка отрицательно качает головой, крикнул:
– Не нужно. Мы наверху, если что.
– А что не в гараже?
– Там… неудобно, – с намёком произнёс Жека.
– Как вам будет угодно, я вам не мешаю.
Зое стало ещё более неловко.
– Жека, я… мне было бы лучше посидеть в гараже…
Он пристально вгляделся в перепуганные глаза девушки, а после предупредил:
– Там Рая и Шабын.
И идти в гараж Зое расхотелось мгновенно!