– У меня есть имя. И к чему вопрос?
– К тому, что от моего согласия зависит исход битвы. И я нужна вам, да, Лоранский? А потому будь паинькой, отвечай.
Артур на мгновение прикрыл глаза. Явно досчитал до определённого числа. И выдохнул невозмутимо:
– Я не могу позволить себе думать о чём-либо ещё, пока жизни моих родных и друзей под угрозой.
– Намекаешь на Лизу свою? – Рая резко развернулась, презрительно скривилась.
– И на неё в том числе.
– Да она, если хочешь знать… – Рая открыла было рот, но, подняв взгляд на Артура, отчего-то сникла и промолчала.
– Что она?
– Жить будет, не переживай, – устало выдохнула девушка. – Она тебе… нравится, да?
Но вместо ответа Артур вдруг скрестил руки. И его пронзительный жёлтый взгляд ей очень не понравился.
– Странные у тебя вопросы…
– Нормальные, учитывая нашу ситуацию, – зло выпалила Рая. – Мне нужно знать, насколько Арон сможет использовать этот козырь против тебя.
– И… что он может с ней сделать?
– Не знаю… И что у тебя за привычка такая? Отвечай уже на вопрос, не увиливай!
– Лиза мне хороший друг, если тебе это так принципиально, – хмыкнул Артур. – Не больше, не меньше. Наши родители дружат.
– Ну… это не отменяет того факта, что Арон использует её, чтобы заманить тебя в ловушку. Ну ладно, раз мы всё выяснили, – Рая резво поднялась, одним движением кисти развеяла скрипку и спросила: – Предлагаю вернуться к делам насущным. И где знаменитая печать?
– А это хороший вопрос... Идём.
Выйдя на площадку второго этажа, который представлял собой узкий коридор, обрамляющий световой колодец в центре храма, который служил естественным освещением центральному залу, Артур обогнул столб света и шагнул под очередную расписную арку.
Эта комната была идентична той, в которой играла Рая. Отличием служил лишь пейзаж за окном. Но Артур, не обращая внимания на скептический взгляд девушки, уверенно пересёк комнату, прошёл к одной из стен и принялся внимательно изучать орнамент.
– Ты была у родителей уже? – не отвлекаясь от прощупывания узора, спросил он спустя некоторое время.
Рая пожала плечами. Говорить о её визите не хотелось. Но, вспомнив то, что Инаэль рассказала о ритуале постановки печати, всё же выпалила:
– Откуда ты знаешь, как добраться до печати? Почему именно эта комната и эта стена?
– Я чувствую его, – Артур прикрыл глаза и, растопырив пальцы, прижал ладонь к узору на стене. – Проход. Кровь Лоранских пробудилась и зовёт меня исполнить свой долг!
– Какой долг? – Рая отчего-то опустилась до шёпота.
– Гражданский, – открыв глаза, он вернулся к исследованию стены. А потом невзначай добавил: – А ещё Маникаль как-то устроил нам с Жекой экскурсию и показал, где вход.
И, пока девушка возмущённо глотала воздух, сам он, едва сдерживая хохот, провёл указательным пальцем по спиральному символу. Рука легко пробежалась по поверхности штукатурки, и, как только перешла на другую закорючку, раздался приглушённый щелчок.
Артур застыл, Рая замолкла, тоже прислушиваясь к нарастающему гудению стен.
– Что ты сделал?! – прошипела напуганная не на шутку девушка.
Ответить ему так и не удалось – внезапно пол задрожал, пространство завибрировало и под ногами, порастая трещинами, разверзлась бездонная пропасть.
Рае чудом удалось схватиться за оконную раму, однако Артур, не добежавший до спасительного окна, исчез в чёрной бездне, сорвавшись вниз с одним только удивлённым выдохом, который ещё долго отражался эхом от стен образовавшей ямы.
От увиденного у девушки встали дыбом короткие волосы, и голос дрожал от ужаса.
– Артур? Артур… АРТУР! Тьма, тьма, тьма… Что делать…
Начинающуюся панику остановил далёкий голос:
– Прекратить истерику и прыгать.
Судорожно потянувшись, девушка забралась на подоконник, отдышалась и, вытерев злые слёзы, в ярости воскликнула:
– Лоранский, чтоб ты сдох со своими приключениями и артефактами!!!
– Признаться, впервые вижу, чтоб пожелания смерти произносились после отчаянного крика «Арту-у-ур!»
Скрежет зубов также отразился от стенок огромного колодца эхом и дошёл до командира хранителей.
– Время!
И девушке ничего не оставалось, кроме как прыгнуть в пугающую темноту, доверившись тому, кого сейчас мечтала видеть по крайней мере расчленённым.
Мгновение свободного падения почти сразу же сменилось ощущением твёрдой почвы под ногами, которые от неожиданности подкосились.