– Ну… Люсинда! – начал было Федя, но не смог договорить. Как и все присутствующие, закашлялся, снова начал судорожно тереть глаза. Он пытался открыть их, но пекло так, что он увидеть ничего не мог. – Если я из-за тебя ослепну, я научусь превращаться в осу и отыграюсь за всё!
– Давай-давай, не бубни.
Федя вмиг исчез, а вместо него с пола взлетела муха. Летела она зигзагами, пару раз промахнулась мимо двери, но долетела.
Люся довольно оглядела стражников, которые догадались открыть окна и решили и вовсе вылезти наружу. И спокойно спустилась вниз.
А там вовсю шли разборки.
– …угрожали, и я не могла поступить иначе, – сипела прижатая к решётке девушка. Разъярённый Артур, притянувший её к своей камере, ни на сантиметр не отодвинул её от себя. Люся замерла возле двери, решив посмотреть на представление отсюда.
– Ложь, – сухо констатировал Шабын из своей темницы.
– Так почему ты решила им помогать? – повторил Артур свой вопрос. Девушка задрожала. Люся думала – от страха, но ошиблась – от ярости.
– Да потому что только так я могла обратить внимание Арона на себя! – рявкнула девушка. Отмахнулась от врезавшейся ей в лицо мухи и прорычала: – А эта тварь всё испортила! Я говорила Ару, что Рая мешает, что именно она предупреждает тебя о каждом нашем шаге! А он не верил. Пока она не подстрелила меня во время финального задания! Не тебя – меня! Объяснила, что за мной ты пойдёшь прямо в ловушку. Но нам не нужна была эта ловушка! Ты уже был наш! А она!... будь она прок…
Артур брезгливо оттолкнул её от себя, и девушка, вскрикнув, прислонилась спиной к стене.
– Советую тебе закрыть рот... – вкрадчиво проговорил он.
Но сказать больше он не успел. Федя, который перенёс Шабына, уверенно перенёс и командира, в тот же портал влетел сам.
Люся тоже хотела было переместиться, но вдруг услышала тихое от девушки, которая так и не заметила её присутствия:
– Кровь у меня… Достаточно было довести его, и он даже не почувствовал потери, – она усмехнулась, разглядывая маленькую иглу, которую крутила в руке. – Можем начинать.
Люся шагнула в портал раньше, чем девушка повернула голову.
***
– Катя!
Девушка пригнулась, и сгусток тьмы пролетел над её головой, не задев и волоса.
– Спасибо, – выдохнула Катя, пятясь спиной и ощущая плечами крепкие плечи Лёши. – Сколько ещё осталось?
Парень яростно выпустил перцовое облако в приближающуюся кучку нилисовцев и прохрипел:
– Закончился…
Девушка нервно выдохнула. Теперь надежда только на шокеры.
– Вы окружены, – вышел вперёд командир внушительного отряда противника. – Ещё посопротивляетесь или наконец примете неизбежное?
– Ля какой пафосный, – Лёша скрестил руки на груди и явно не собирался сдаваться. – Что-то все эти часы ты не блистал самоуверенностью.
– Часы? – мужчина расхохотался. – Вы не продержались и получаса. И вы ещё называетесь хранителями Земли? Хах! Сочувствую… Земле!
– Да с вами настолько скучно, что даже полчаса кажутся вечностью, – парировала Катя.
– Ага, на вас даже силу хранительскую и тратить жалко, ущербные вы наши, – поддержал Лёша.
– Довольно, – командир махнул перчаткой. – Взять их!
На ребят направили оружие. Катя сильнее прижалась спиной к напарнику и приготовилась перейти в рукопашную.
– Нет! – Рая, бледная, с бисеринками пота на висках, остановила схватившуюся за шокер Катю. – Время вышло.
– Я никуда не уйду без Люси, – отрезал Лёша.
– Люся и остальные уже должны быть в храме, – отрезала Рая.
– А если нет?
– Если нет, вернёмся. Уходим, сказала!
И через мгновение на площади остались только растерянные внезапным отступлением стражники.
Кулак
Якошичиро медленно сходил с ума от боли.
С появлением хранителей в Небесном мире, ему стало хуже. Новая магия, почувствовав дружеские стихии, рвалась наружу, а мощная драконья сила – гневалась, разрасталась и стремительно тянула из мага-дракона жизнь.
Фридрих каждый вечер выпивал часть его силы, притупляя дичайшую боль. И обычно этого хватало – до вечера Якошичиро не страдал и мог даже разумно мыслить. Но после штурма хранителями замка боль вернулась вновь вместе с чужой магией.
Он знал, что без тёмной магии, периодически поглощающей у него зелёную хранительскую, счёт его жизни пойдёт на часы… Знал и то, что Фридрих был единственным человеком за всё время, который увидел в нём потенциал…
«Ты неимоверно силён, Якошичиро. Твоя семья не верила в тебя, никто не верил, но я точно знаю, что ты достигнешь невыразимых высот, превзойдя даже хранителей. Мы найдём способ избавить тебя от этой чужеродной магии».