- А, если слегка поломать планы наших таинственных покровителей. Не вступать в борьбу за машины. Пусть поищут другие руки для таскания каштанов из огня.
Император снова кивнул.
- Как вариант, но, боюсь, у тебя не останется выбора. Ты захочешь вернуться домой, а кроме как при помощи очередной установки, сделать это нельзя.
- Последний же раз вернулись.
- Один раз создает исключение, а не правило, которое, как известно, подтверждает последнее. Я не отговариваю тебя, нет. Как ни крути, а путешествие в иное время – единственная наша надежда. Просто, я призываю лучше подготовиться, взять кого-нибудь. Того же Эйсая, или меня.
- Убедили, - Рип шуточно поднял руки. – Обещаю впредь без вашего ведома шагу не ступать.
- Слабо верится. Ладно, засиделись, пошли, отдохнем.
- Вы идите, - Рип махнул императору, - а я еще побуду. Кое-что нужно обмозговать.
Таманэмон прищурил глаза и посмотрел на зятя.
- Помни о нашем разговоре. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей?
- Я буду осторожен.
Когда император вышел, Рип еще подождал некоторое время, после чего взял один из комплектов валявшегося здесь же снаряжения, закинул его в открытую капсулу Тай-Суя, запрыгнул следом и захлопнул крышку…
Завернув по дороге в кабинет и справившись у секретаря о текущих делах, Таманэмон направился к себе в апартаменты.
Себе-то он мог признаться, путешествие порядочно измотало его. Как ни прискорбно, но годы брали свое. Дело молодых шататься по мирам, спасая возлюбленных, а старики – сторона. Ну разве помочь советом, и то, если попросят.
У дверей его догнал Рип, раскрасневшийся, глаза горят.
- Ты чего? – не понял Таманэмон.
- Я сделал это!
- Что?
- Отправился в будущее!
- В будущее?! Когда? – опешил император.
- Только что оттуда.
- Но мы же с тобой всего полчаса назад… я же предупреждал… - император махнул рукой. - Слава богам, хоть вернулся. Больше так не делай, давай ко мне, все расскажешь.
Рип покачал головой.
- Устал как собака, да и рассказывать, собственно, нечего. Узнал две вещи: первая, Тай-Суй снова слушается нас, можем прыгать, куда захотим хоть сегодня.
- А вторая?
- Дальше трехтысячного года мне перенестись не удалось. То есть понимаете, я ставил и три тысячи первый и три тысячи сотый, и даже, кажется, пять тысяч тридцать восьмой – результат один и тот же - меня неизменно выбрасывало в две тысячи девятьсот девяносто девятый год. Наша машина оказалась не такая всемогущая.
- Интересно, почему трехтысячный год? Там есть, происходит, что нам нельзя видеть.
- И кто закрыл эти года.
- Думаешь, логово Икса в этих годах?
- Не знаю, - Рип устало пожал плечами. – Я вам доложил, а сейчас пойду отдыхать. Завтра соберемся, обсудим. Может, что и придумаем.
Глубинные бомбы падали с частотой града, которого здесь никогда не было. Каждая такая градина разрушала целый квартал Великого Подводного Города Сиддхи-Парвата.
Осыпались ажурные арки, крушились переливающиеся стены и обваливались родившиеся от смешения стилей знаменитые башни Города Успеха.
Генеши знали, что рано или поздно, такой день настанет. Кто-то сильный наберется смелости, узнает координаты и придет за сокровищами.
Они знали и готовились к этому…
Силы оказались слишком неравны…
***
Еще одна звезда в снах Рипа стала на положенное ей место…
Замок. Верхний этаж. Комната - кабинет.
- Как наши дела, Каин?
- Лучше некуда. Он всерьез заинтересовался. Уже пробовал проникнуть в Нихонию, кого-нибудь выкрасть. Мы блокировали время. Сейчас отрабатываем родителей Винклера. Организуем встречу Клауса с Эйсаем.
- Прекрасно! - резюмировал голос. - Вы ПРЕКРАСНО работаете.
ГЛАВА 5.
От сильного толчка дверь едва не слетела с петель. Стоящие у Алтаря скосили в его сторону усталые глаза, местный священник, по обыкновению, ткнулся головой в пол.
Баалин в упор посмотрел на стариков в пурпурном.
Глаза опустились, головы склонились в поклоне.
То-то.
Они почувствовали, конечно же, почувствовали это… И, конечно же, не смогли бы сказать, в чем это выразилось.
Внешне все осталось так же, во всяком случае, Баалин надеялся, что осталось…
Широкими шагами Баалин пересек комнатушку подвала, мальчишкой взлетел по лестнице - приятно быть молодым, и выбежал на улицу.
Он вдохнул, полной грудью вдохнул холодный утренний воздух, сошел с настила, почувствовав как ноги проваливаются в грязь…
Хорошо-то как!!
- Винклер-сан, - лицо военного на экране переговорного устройства пошло легкими помехами – видимо корабль двигался с большой скоростью.