- Дайте его мне,- попросила я, мгновенно позабыв часы мучений, предшествующие появлению на свет моего второго сыночка.- Нужно покормить.
Лекарь положил младенчика мне на грудь. Маленькая головка беспокойно задёргалась, губки зачмокали. Я вложила сосок в жадно припавший к нему ротик.
-Если потребуются услуги кормилицы…
Но я не дала доктору договорить.
- Сама выкормлю,- решительно отказалась я от неприемлемого предложения.
- Ну, как знаете. Вы молодец, хорошо справились. И мальчик здоровенький.
Я счастливо улыбнулась, кончиками пальцев осторожно поглаживая нежную кожицу своего малыша. Его губки недолго теребили сосок. Сынок заснул. Рождение трудная задача не только для мамы, но и для ребёнка. Так что спи, мой родной. Дети растут во сне.
Я любовалась Маркусом. Имя, выбранное мужем для нашего младшего сына, мне нравилось. Оно ему подходило. Мой мальчик был такой хорошенький! Темный пушок на голове и синющие глаза создавали яркий контраст. И это, при унаследованном от меня, очень светлом оттенке кожи. А вот на кого он был похож, так сразу и не скажешь. Высокий лоб, широкая переносица и подбородок Иофе на личике ребёнка причудливо сочетались с моим прямым аккуратным носом и чётко очерченными губами. А ещё я наградила малыша густыми длинными ресницами.
- Ты бы понравился своему папе,- сказала я, борясь со слезами.
Держа на руках сына Иофе, я не могла не думать о погибшем муже. Этот противоречивый мужчина не затронул моего сердца. Я не познала с ним женского счастья. Но ванн де Тайн подарил мне двоих замечательных сыновей. И, пусть по своему, но заботился обо мне.
А теперь мне предстояло самой позаботиться не только о себе, а и о лежащем на моих руках ребёнке, не позволив Федуру оф Коссину превратить его в разменную монету в задуманной им мерзкой игре.
Опекун Маркуса появился на пороге моего дома на десятый день после родов. Он лучезарно улыбался. Выглядел до отвращения довольным. На меня смотрел свысока, плохо пряча неприязнь причудливо переплетённую с похотью. От его сальных взглядов меня выворачивало наизнанку. Мерзкий тип, чьё присутствие выводило меня из себя.
Ценой невероятных усилий подавила раздражение, заставив себя разговаривать с Федуром оф Коссином , демонстрируя холодную вежливость и абсолютное безразличие.
Я прочитала, с торжеством вручённый мне документ, подтверждающий права господина оф Коссина на опеку моего младшего сына. Лишних вопросов не задавала, незачем демонстрировать моё истинное отношение к случившемуся. Вызвала дворецкого и велела разместить опекуна Маркуса в освобождённом арендаторами флигеле.
Федур сверкнул глазами, но промолчал, быстро сообразив, что я в своём праве и возразить ему нечего. А я вызвала Марту и предупредила, что кормить постояльца флигеля ей не должно. Он здесь нежеланный гость и свои проблемы пусть решает самостоятельно.
Не знаю, возможно, объявленная мною война, была ошибкой. Но от этой маленькой мести мне стало легче дышать. А ещё, я надеялась, что нежеланный опекун сбежит в Фард. Но такой радости он мне не доставил. Путался под ногами. Проверял условия проживания младенца и то, как организован уход за ним. Усомнился в целесообразности и полезности отказа от кормилицы. Даже доктора притащил, чтобы тот его поддержал. Но принимавший у меня роды лекарь осмотрел, взвесил Маркуса и не стал возражать против материнского молока, раз госпожу де Тайн это не утомляет.
В тот же день, в скорости по отбытию лекаря, в Лесное поместье пожаловал господин старший следователь. Я не видела Демьена Ориса с того дня, как он сообщил мне о неудаче моего брата с оформлением опеки над Маркусом. И надо признать, приезд этого человека приятно взволновал меня. Я приняла его в гостиной, приказав подать травяной отвар к пирожным из кондитерской Клары Швальде, коробку с которыми он мне вручил, поздравляя с новорождённым.
Мы пили травяной чай, восторгались пирожными, говорили ни о чём, но я понимала, господин старший следователь прибыл не со светским визитом, а значит, предстоит важный разговор.
Демьен словно ожидал чего-то, время от времени поглядывая на дверь. И вот она стремительно открылась, пропуская в гостиную господина оф Коссина.
- Прошу меня простить, но вынужден просить уделить мне несколько минут вашего бесценного внимания,-обратился ко мне опекун Маркуса, не отрывая при этом ревнивого взгляда от Демьена.