-Для ритуалов?!
- Ой, а разве ж вы не знаете?- всплеснула руками Бетси.- В разрушенном храме когда-то людей в жертву Тёмному приносили. А он за то, щедро магией наделял.
Снова магия! Отчего-то тревожно заныло сердце. Дурное предчувствие? Вроде, плохие вести никакого отношения ко мне не имели, но не думать о том не получалось.
- До разрушенного храма среди зимы не добраться,- напомнила служанке.
- Вообще-то, да,- согласилась Бетси.- Но магия же. Ежели с её помощью, то всё можно.
- Какая магия,- рассердилась я.- Нет в наших краях магов. За семь лет я ни об одном не слышала.
- Не было,- поправила меня Бетси.- Почтальон сказал, что осенью в Фарде появился странный господин. Поселился в доме на окраине. Помните, тот с башенками, что у развилки дороги на наше Лесное стоит? Живёт один. Прислуга, и та, приходящая. А люди говорят, что в том доме всегда маги жили. А с тех пор, как последний помер, дом и пустовал.
- Не фантазируй. Тот дом выглядел вполне себе жилым.
- Вот, а я что говорю, магия!- разволновалась горничная.- Кого угодно спросите, давным-давно пустым стоит. Стоял. Теперь-то жилец имеется.
Очевидно, я побледнела, потому что Бетси, обругав себя за разговорчивость, принялась уговаривать меня не принимать всё близко к сердцу. Она ушла за успокоительными каплями, а я молча смотрела ей вослед, стараясь справиться с внезапно накрывшей меня паникой. Я не осознавала, почему так остро реагирую на любое упоминание о магии.
Принесённые горничной капли помогли справиться с волнением. Отослав Бетси, я вскрыла первое из писем брата. Инг писал, что соболезнует моему горю, не успевает приехать на погребение, но готов оказать любую помощь, мне стоит лишь о ней попросить. И что собирается приехать ко мне, едва сойдёт снег.
Открыть второе письмо решилась не сразу. Его, в принципе, не должно было быть. Брат ведь знал, до обещанного им приезда, я могу второе его послание и не получить. Но, это если он приедет, как обещал. Уже понимая, что планы Инга изменились, посмотрела на конверте дату отправления. Три недели назад? Уронила письмо на колени. Перевела дух, прежде чем решилась узнать, что за дурное известие оно в себе хранит.
Не ошиблась. Брат писал о неожиданной смерти нашего отца. Ванн Симон де Раст внезапно скончался от остановки сердца. Так что, приезд Инга, занятого похоронами и оформлением наследства, откладывался на неопределённое время. Брат сожалел, что у меня не будет возможности проститься с отцом. Сообщал о завещанных мне десяти тысячах золтонов, с получением которых, если пожелаю, у меня не будет никаких проблем. Но советовал оставить деньги в банке, получая раз в год проценты с них. Инг не отказывался от своего обещания навестить меня. Но вот, когда состоится наша встреча, точно сказать не мог.
Глотая слёзы, я комкала злополучное письмо, сообщившее мне о смерти родного человека. Как же сложно поверить в случившееся, смириться, принять. Тяжесть утраты холодным камнем давила на сердце. И не важно, что я жила своей семьёй и давно не видела отца. Главное, он у меня был. Добрый, заботливый, любящий. Ведь и замуж меня выдал, выбрав не самое выгодное, а как на его взгляд, самое лучшее для меня предложение. И не так уж и сильно он в своём выборе ошибся. Да, мы с Иофе не любили друг друга. Но зла я от мужа не видела. Он никогда не был со мной бессмысленно жесток. А то, что увёз Грегора, так в семьях ваннов наследников только так и воспитывают. И даже моё возращение в столицу не вернуло бы мне Грега, потому что проживание в интернате старших сыновей ваннов регламентировалось законом.
Пусть это и странно для молодой женщины, но в глуши Лесного поместья, мне жилось комфортно и хорошо. Я сама не стремилась уехать из этих мест. Так что, мой брак с Иофе оказался достаточно удачен. Не создавая взаимных проблем, мы вполне друг друга устраивали.
Я подумала, что и отец, и муж, не забыли обо мне позаботиться, обеспечив ещё и деньгами. Сумма набралась не маленькая. И теперь я могла быть спокойна не только за себя, но и за будущее вынашиваемого мною ребёнка.
Ребёнок! Мысли о нём заставили меня немедленно взяться за письмо брату. Я не сомневалась, что он не откажется взвалить на себя заботу ещё об одном моём сыне и согласится управлять оставленными мне мужем землями. Я умоляла Инга срочно обратиться в комиссию по опеке, и не жалея моих денег, решить вопрос о его опеке и над вторым его племянником, который скоро должен родиться. Писала, что стала завидной невестой. Но замуж совсем не хочу. Вот только, если опекуна назначит корона, недолго мне оставаться свободной. Манипулируя властью над ребёнком, мать не сложно принудить к чему угодно.