– Танюша, что ты! – воскликнула Алла. А дочь продолжила: – Но теперь все мои капризы в прошлом. Эти сволочи убили Макса! А он был таким хорошим… Честно, мама, я больше не сержусь на тебя за то, что ты влюбилась в него и изменяла с ним папе. Ведь те же сволочи и папу убили, да?
Алла подошла к Тане и обняла ее. Как же страшно слышать подобные слова от своей пятнадцатилетней дочери!
– Знаешь, я специально устраивала скандалы и истерики, чтобы довести тебя, мама, – произнесла горько Таня. – Хотя очень-очень тебя люблю!
– И я тебя тоже! – заверила ее мать, целуя девочку в лоб.
– Однако мы не имеем права оставить то, что случилось, безнаказанным! – заявила запальчиво Таня. – Люди Мельникова убили папу, убили Макса… хотят нас тоже убить. Я права? Мы должны их остановить!
– Мы сделаем это! – убежденно откликнулась Алла. – Но сначала завтрак.
– Завтрак, завтрак! – заголосил Юрик, усаживаясь на колченогую табуретку и стуча по столу ложкой. – Мамочка, как же я хочу кушать!
Готовя завтрак, Алла включила переносной телевизор, стоявший на кухне, и узнала, что прошлой ночью в центре Москвы случился пожар – выгорело фотоателье Макса Замятина. Показали и кадры, как пожарные тушили очаг возгорания. Вьюгина была уверена, что именно люди Мельникова подожгли студию, дабы замести следы.
– К другим новостям! – произнес диктор. – Вчера в Москве, в отеле «Ритц-Карлтон», открылся международный журналистский форум, посвященный проблемам борьбы с терроризмом и экстремизмом. Участие в нем принимают наиболее известные журналисты ведущих телеканалов, печатных СМИ, а также интернетчики России, ближнего и дальнего зарубежья…
Пошли кадры репортажа – Алла узнала мэтров отечественной журналистики, известных политиков и обозревателей. Внезапно камера наехала на группу гостей и выхватила знакомое ей лицо. Кейра Флорос! Всемирно известная журналистка тоже находилась в Москве! Она даже сказала несколько слов для российского телевидения, добавив, что в России у нее много друзей.
Вермишель с тушенкой получилась просто божественной – дети уплетали ее за обе щеки. Юрик вылизал свою тарелку и снова спросил:
– Мамочка, а почему Валерия Осиповна такого никогда не готовит? Вечно у нее всякие утки, индюшки, паштеты, форели, супчики… Тушенка – это круто! Пообещай мне, что мы теперь всегда будем питаться тушенкой!
– Обещаю, – откликнулась с легкой улыбкой Алла, на несколько секунд забыв обо всех проблемах последних дней. Но потом вспомнила о мертвом Максе, лежавшем в соседней комнате, и по-мрачнела.
Они втроем как раз пили чай с последними овсяными печеньями, когда раздался мелодичный трезвон. Сначала Алла никак не могла сообразить, что это звенит, но наконец заметила мобильный телефон, лежавший за сахарницей. Его экран светился.
Вскочив из-за стола, Вьюгина быстро скомандовала:
– Одеваемся и уходим отсюда!
В былые времена Таня непременно бы закатила истерику, а Юрик раскапризничался бы, но на сей раз все было иначе – вскочив из-за стола, ребята бросились из кухни вон.
Алла метнулась в комнату, натянула мятый пиджак и подхватила сумочку. А затем взглянула на Макса. Подошла к нему и поцеловала в губы. А потом бросилась в коридор, где Юрик возился с туфлями.
Глава 17
Алла приоткрыла входную дверь и выглянула на улицу. А затем, держа детей за руки, выскользнула из дома. В конце улицы вдруг появилась вереница черных джипов. Алла и дети шмыгнули за угол и побежали прочь.
Увидели их или нет? Этого Алла сказать не могла. Они бежали сломя голову, и скоро дачный массив закончился, началась лесополоса. Только нырнув в кусты, троица смогла отдышаться.
– Мамочка, мы прямо как в фильме про шпионов! – заявил, кашляя, Юрик. – Так круто!
– Вот заладил – круто да круто, – огрызнулась Таня. – Получишь пулю в спину, вся крутизна с тебя и слетит! Хотя мал ты еще, чтобы все понимать.
– А ты такая уж большая! – воскликнул обиженный до глубины души малыш. – Мамочка, Танька тайком от тебя курит!
– Замолчи, стукач! – прикрикнула на него сестра.
Юрик не остался в долгу, боднув ее в живот головой. Алле пришлось разнимать детей.
– Мамочка, она первой начала! – запричитал мальчик. – Да, она курит. И я слышал, как она с подружкой по телефону беседовала о сексе! Я же не несмышленыш какой, все понимаю. А еще у нее в тумбочке хранятся презервативы.
– Ах, ты мои разговоры подслушиваешь? И в моей комнате обыск проводишь? – взвилась Татьяна, бросаясь на брата.
В этот момент около лесополосы возникли черные джипы. Алла пригнулась, увлекая за собой и детей, немедленно замолчавших.
– Мамочка, они сейчас нас снова схватят и пытать будут? – спросил с неподдельным ужасом Юрик.
– Если будешь орать на весь лес, они тебя прямо здесь пристрелят! – зло прошипела Таня. – А потом вверх тормашками на осине подвесят!
Обхватив детей, Алла наблюдала за тем, что происходит на дороге, всего в каких-то паре десятков метров от того места, где затаились беглецы. Дверца одного из джипов открылась, и из салона вылез не кто иной, как Борис Васильевич Мельников собственной персоной. Значит, преследователи все-таки увидели их, как они вышли из дома! И сейчас будут прочесывать лесополосу!
Мельников пошел к кустам. Алла похолодела от ужаса – генерал двигался прямо на них!
Вдруг до Аллы донесся характерный звук, и Юрик, с трудом сдерживая смех, прошептал ей на ухо:
– Мамочка, а ведь главный бандит писает!
– Юрка, замолчи! – шикнула на него Таня. И в этот момент под ней хрустнула сухая ветка.
Из кустов, где находился «главный бандит», раздалось сопение, и Алла замерла. А затем донеслось кваканье мобильного.
– Мельников! – рявкнул в трубку генерал. – Да ты что? Отлично! Сейчас будем!
И вслед за тем послышались шаги – фээсбэшник возвращался к джипам. До Аллы долетел его зычный голос:
– В доме обнаружен труп того самого фотографа, Макса Замятина. Отлично, просто отлично! Бабы там нет, опять ее упустили, но далеко она уйти не могла. Мы ее и детишек схватим самое позднее сегодня вечером. Не завидую я Алле Юрьевне, ой, как не завидую! Едем туда! И еще – белобрысый урод, который помог им сбежать, тоже был замечен рядом. Его обязательно надо изловить. Это в данном случае даже важнее, потому что надо узнать, что он за птица.
Через несколько секунд вереница джипов покатила в обратном направлении. Когда автомобили скрылись из виду, Алла выпрямилась. Люди генерала вышли на след Эрика! И она ничем не могла помочь ему!
– Мамочка, мы теперь в лесу жить будем? – спросил Юрик, срывая с куста ярко-красную ягоду. – Можно я ее попробую?
Таня вырвала ягоду у брата из рук.
– Если хочешь отдать концы, пробуй! Впрочем, кому нужен идиотик и стукач?
– Сама идиотка! – не остался в долгу Юрик и показал сестре язык. – Ты куришь, а от курения рак возникает, поэтому ты скоро умрешь. В мучениях!
– Таня, ты обещала, что будешь вести себя как взрослая… – напомнила Алла, и дочка пристыженно замолчала.
Юрик прижался к матери, и та заметила, что мальчик дрожит. Дети пытались вести себя как обычно, желая, видимо, таким образом заглушить страх. Женщина обняла ребят и сказала:
– Итак, отныне мы должны рассчитывать только на себя! Сейчас нужно затаиться, потому что те, кто нас преследует, рядом. Но рано или поздно они уедут, и тогда…
Что будет тогда, Алла себе не представляла. Эрик, не исключено, уже в руках генерал-лейтенанта. И к кому теперь обратиться?
Тут ее осенило – Кейра Флорос, по счастливому стечению обстоятельств, сейчас в Москве! Журналистку никто не посмеет тронуть, иначе это приведет к невероятному дипломатическому скандалу. И если кто и сможет донести до общественности правду о произошедшем, то только она!
– Мы едем в Москву! – заявила решительно Алла.
– Но на чем, мамочка? – спросил Юрик. На что Таня, не удержавшись, язвительно ответила: