«Охота пришлась мне по душе».
Двумя днями ранее Гермиона, пробуя краску на стойкость, заключила, что та уже готова к изменению своего окраса. Девушка произнесла заклинание, а после сидела в своей кухне оставшуюся половину дня словно оглушенная. Нервно теребя рукав свитера, она гадала, почему вышло так, что ее кухня окрасилась темно-зелеными тонами факультета Слизерин?
Глава 3
Джинни присвистнула, осматривая кухню Гермионы.
— Если исходить из того, что цвет меняется в зависимости от излучаемой тобой энергии, то складывается впечатление, что ты учишься на Слизерине, или я чего-то не знаю? — смешливо морща носик, спрашивала подруга.
Гермиона, стоявшая позади неё, уже который день задавалась этим вопросом. За последнюю неделю она пробовала сменить окрас комнаты сотню раз, но результат был одним и тем же.
— Полагаю, это связано с новостью от Макгонагалл.
Гермиона вкратце пересказала ей содержание беседы с директрисой, и Джинни, поудобнее усаживаясь за стол, прижимала к груди Живоглота и раздумывала над услышанным. Гермиона устроилась напротив, разливая травяной чай по фарфоровым чашкам сервиза от миссис Уизли.
— Сегодня я вижу новость об очередной казни чистокровного в Италии, и следствие имеет лишь косвенные доказательства, а завтра окажусь с Малфоем в одной общей башне, — Гермиона устало потирала виски, пытаясь унять хаотичное движение мыслей. — От Бруствера только лишь косвенные надежды на создание Верховного суда, и петля хаоса затягивается сильнее.
Джинни вздохнула, отпивая чай. Она молчала, не находя нужных слов поддержки.
— А Гарри в курсе свежих новостей?
— Я не писала пока. Полагаю, эта новость найдет его быстрее, чем сова с письмом. Когда Гарри с Роном поступят на службу мракоборцев, добавится еще больше беспокойства.
Джинни понимающе улыбнулась и произнесла:
— Милая, отпусти их, эти двое нигде не пропадут, пусть даже без тебя. Дай себе время отдохнуть от этих балбесов. И потом, если понадобится распутать очередной ребус, о спокойствии ты позабудешь тут же, Гарри с Роном тебя из-под земли достанут. Хотя, учитывая обстоятельства твоего возращения в Хогвартс, едва ли можно говорить о мирной жизни, — выдерживая небольшую паузу, девушка вновь окинула кухню беглым взглядом и добавила: — Теперь я понимаю, почему именно этот цвет преследует тебя.
Гермиона неожиданно для себя почувствовала, как кровь прилила к щекам, что не осталось незамеченным, но подруга, а теперь и однокурсница, тактично промолчала. Вечер перед возвращением в школу, девушки решили провести в коттедже Гермионы, и, когда все чемоданы были упакованы и помещены в бездонный ридикюль Грейнджер, они сидели на кухне, распивая напитки и обсуждая грядущие события.
— Учитывая происходящее вокруг, осторожность Макгонагалл оправдана, только есть вопрос: каким образом тебе уследить за Малфоем? Ты же не можешь таскаться за ним по пятам, — Джинни задумчиво уставилась в окно, созерцая на хмурый, беспокойный залив, — это может обернуться чем угодно.
Гермиона слушала, как подруга в точности повторяет ее недавние размышления, и даже предполагала, что последует дальше. Уизли все так же продолжала отстраненно размышлять:
— Что мы знаем о Малфое? Он умен, хитер, изворотлив, но труслив, как по мне. При этом следует помнить, что именно он провел Пожирателей в Хогвартс.
Гермиона молча помешивала уже остывший чай, анализируя свои собственные сомнения, ведь говорить о встрече с Драко в Косом переулке не решалась. То, каким увидела она слизеринца, было лишь личным восприятием. Если ее наблюдения верны, Джинни рано или поздно тоже заметит изменения в его поведении. Оставался открытым вопрос: изменилась ли натура? В голове из неоткуда послышался ответ: «Натуру изменить нельзя, ее можно лишь усовершенствовать, вывести в плюс те качества, которыми обладает душа человека. Или надеть маску, в попытках прикрыть уродство». Собственно, это Гермионе следовало, скорее даже хотелось, выяснить.