В целом, девушка казалась ему мечтательной, и где-то даже влюбчивой, иногда он слышал, как учащëнно она дышит при виде его, но на деле та всегда держалась кротко, никак не выказывая своей симпатии. В отличие от Грейнджер, в глазах которой читался вызов и весь спектр эмоций, которые она готова была пролить на него при любом удобном случае. Чего только стоил этот ее хук справа на третьем курсе, когда они были еще детьми. Та страсть, с которой она бросалась в дружбу с однокурсниками просто поражала самого Драко, которому казалось, что он вовсе не способен на такое. Энергия, что сквозила в каждом ее слове, когда Гермиона давала отпор, тот крепкий фундаментальный стержень, не убеждений, а неких опор, которые делали ее той, кем она является, вот что восхищало.
Поттер и все Уизли не были её кровной родней, но той степени понимания, что сложилась у этих людей за несколько лет общения, могли позавидовать вся чета Малфоев и не только. «Искренность, — подсказал далекий голос в голове, — она настоящая, живая, осязаемая, открытая». Именно этого не было ни в ком из тех, с кем ранее юноше приходилось иметь дело. Только лишь в недавнем времени он открыл для себя свойства правды перед самим собой, и это было чертовски больно. Порой просто невыносимо. И, конечно же, та история с показаниями никак не отпускала измученную догадками голову. Но делать нечего, ведь как ни крути, слежка за ней даже из добрых побуждений не допустима, он должен остановиться, привязываться к Грейнджер, или это заведет их обоих так далеко, что он и предположить не смел. Отчаяние — это та цена, которую Драко платил за самопознание, но он не был еще настолько богат внутренне, чтобы заглянуть за ту ширму, что скрывала природу его отношения к Гермионе. И, все же, безразличием это никак не назвать.
***
Объявили о началах игр в квиддич, и Гермиона, вслушиваясь в график, что зачитывала Джинни, теряла связующую нить, увлекаясь в наблюдение за Драко, к которому подсела мисс Гринграсс.
— Я так и знала, что мы первые в этом сезоне выйдем на поле, — комментировала рыжеволосая, обращаясь в пространство.
— Гарри писал?
— Да, он проходит подготовку, — Джини хихикнула. — Говорит, что он стал мускулистым, почти как Крам. А вот, кстати, и он.
Гермиона мысленно застонала, боковым зрением увидев фигуру, что уверенно шагала в их сторону.
— Привет, — натянула улыбку девушка, перебирая в голове догадки, что привели Виктора к ней.
— В эту субботу не против пересечься в Хогсмиде? — обаятельно улыбался парень, присев на край лавки по правую сторону от Грейнджер.
— Я еще не решила, идти или нет, как будет с погодой — отводила взгляд девушка.
— Дай знать в пятницу, если все-таки захочешь.