Лицо молодого мужчины показалось ему знакомым, однако Малфой не мог взять в толк, откуда он мог знать его.
— Позвольте представиться, — наконец заговорил тот первым. — Я являюсь судейским секретарём в Министерстве Магии, возможно, поэтому моё лицо может показаться Вам смутно знакомым. Моё имя Томус Фили.
— Какую игру вы затеяли, мистер Фили? — напрямик говорил Драко, всматриваясь в карие глаза, что казались слегка навыкате.
Секретарь улыбнулся, обескураженный прямотой Драко, и вокруг его глаз собрались мелкие морщинки, которых не было видно ранее. По-видимому, этот человек крайне редко улыбался.
— Не люблю игры, к счастью, азартом не болею, — говорил бледнокожий молодой человек, снимая шляпу и проводя рукой по тёмным каштановым волосам, гладко зачёсанным назад.
— То, что я хотел обсудить с Вами, отнюдь не похоже на игру, скорее на злую шутку.
— Я весь внимание, поторопимся, я должен отбыть не позднее, чем через двадцать минут.
Ухмылка, словно оскал, или же Драко это показалось, в свете переменчивого каминного огня, однако молодой человек, расслабившись, подобно хозяину дома, сделал глоток обжигающего напитка, откидываясь на высокую спинку кресла.
— С клерком, что находился под Вашим империусом, пришлось повозиться, однако я устранил провал в его памяти.
— Вы оклюмент, полагаю?
Заминка в ответе мистера Фили подтвердила догадку Драко.
— Мои отец и мать были оклюментами, я унаследовал их природу в полной мере, чем без сомнения горжусь. Мне так же известно, что вы обладаете подобными талантами.
— Чем же я обязан вам за заботу, мистер Фили?
— Пустяки, это меньшее, что я мог сделать для Вас. Есть ещё кое-что, где бы я мог посодействовать семье Малфоев, — Томус прикрыл глаза, глубоко вдыхая аромат отборного алкогольного напитка.
— Какая невиданная щедрость.
— Ну что Вы, во мне взрастили чувство долга пред членами семьи.
На этом моменте Драко, что оставался отстраненным и поверхностным, внимательно посмотрел в глаза человека напротив, тот поступил также, и во взгляде гостя читалось торжество победы. Ехидная улыбка вновь скользнула по лицу мужчины, что был несколькими годами старше Малфоя. В его оскале Драко наконец прочёл циничную искушённость в подобных переговорах, однако на лице самого юноши ничего нельзя было узреть, кроме присущей ему холодной надменности.
— Прошу прощения? — наконец вымолвил Драко.
— Не стоит, — Томус отвернулся, вновь уставившись на пляшущий огонь.
— Моя мать, — наконец изрёк тот, — почившая Беллатриса Лестрейндж. Соответственно, в глазах общества мы с Вами двоюродные братья.
— Моя тётка никогда не упоминала о том, что у них с мужем имеется наследник.
— Однако я не являюсь наследником Лестрейнджей, я, скорее, бастард.
— Чей бастард? — внутри Драко все похолодело, он однозначно знал ответ, однако, стоило спросить.
— Человека, что так любила и почитала моя мать. Она была верна ему до самой смерти. Едва ли моим отцом двигали нежные чувства к ней, однако её преданность была основой к моему появлению на свет.
— Вы наследник Волан-де-Морта, — просто изрёк Драко как факт. Да, всё было куда хуже, чем он предполагал.
Томус молчал некоторое время, а после вновь заговорил, и в голосе его уже не было прежнего спокойствия.
— Я здесь, дабы заручиться вашей поддержкой, — послышались металлические нотки. — Само собой, я отплачу Вам той же монетой, и Ваша дружба не останется незамеченной.
— Ваши условия? Чего же Вы хотите?
— Сведения, что вытащили из министерства. Там упоминаются некие артефакты, что будоражат мой интерес, и ещё одно, — Томус вновь сделал глоток. — Маленькая мисс Грязнокровка, конечно же, в обмен на мою помощь в деле Нарциссы Малфой. Как известно, в начале следующего года есть возможность подать на апелляцию и пересмотр её дела в составе новой коллегии. Я как человек, имеющий тесное отношение к Министерству, могу сделать так, что некоторые сведения из её дела просто исчезнут, а также смягчить некоторых судей.
— Грязнокровка слишком влиятельная фигура сегодня, и в нынешних обстоятельствах её исчезновение не останется незамеченным, — Драко осторожно начал прощупывать намерения человека, что раскрыл карты и дал понять, насколько опасным он является.
— Вы, несомненно, правы, мистер Малфой, однако это нечто более личное, чем просто прихоть. Моя мать так её ненавидела, что это, похоже, заразительно. Однако я помогу лишь в том случае, если получу от Вас обещание, что Вы в своё время передадите эту девицу мне на обстоятельный разговор. Сроки мы не определяем, однако уговор должен остаться уговором.