Все сегодняшние обстоятельства, здравый смысл и прошлые поступки держали его на одном месте, убеждая, что безопаснее для них обоих держаться подальше от нее. Драко ведь наверняка знал, что последует после того, как он поддастся на свой внутренний порыв. Им нельзя быть ближе к друг другу, чем тот формат, что у них есть сейчас. Похоже Грейнджер в некоторой степени доверяет ему, а значит, это облегчит ему задачу поисков ответов на многочисленные вопросы. В остальном Драко решил, что будет действовать по ситуации, ведь просчитать всю партию наперед невозможно, за ним был пока только один ход.
Как бы эти двое старательно не обходили друг друга стороною, как бы не закрывали глаза на очевидное, обстоятельства сплетали их еще сильнее друг с другом. Для Драко эта картина была более понятна, чем сладкое неведение мисс Грейнджер, и, все же, где-то в его душе сидел тот червь, что сокрушался о сентиментальности парня. Будь он более жестокий, без зазрения совести он бы променял Гермиону на свободу для себя и Нарциссы. Неужели грязнокровка значит для него так много? Или же он просто не хочет выглядеть монстром в своих собственных глазах, и это провоцирует в нем чувство заботы по отношению к девушке? Как же ему хотелось проверить данную теорию, но только лишь тот факт, что он видит ее во снах интимного характера, полностью перекрывали невинность его рассуждения. Это далеко не дружеская симпатия и забота. Он хотел ее как мужчина, и почему-то в этой роли Гермиона казалась ему куда более уместной, чем любая другая. Да, черт возьми, она была единственной, что так завладела его существом, и длится это уже слишком давно. Как бы он не бегал от правды, он был влюблен в Гермиону, наверное, с младших курсов, он точно не помнил, когда это произошло, но не было такого, чтобы он забывал о ней более чем несколько дней.
Сколько масок он переменил за последние годы? Бессчётное количество! Одна для родителей, другая для друзей, третья для преподавателей, четвертая для врагов, какую же выбрать сейчас для нее, чтобы она ни о чем не догадывалась?
Гермиону лишь беспокоил тот момент, что она не может написать Гарри, чтобы уточнить какие-либо сведение. Его нахождение было скрыто, и отправлять письма или патронус со своими расспросами опрометчиво, даже для Джинни, которой было позволено писать ему раз в неделю и без какой-либо конкретики. Все, что передавалось ему, было крайне завуалировано, как и его ответы, поэтому девушка просто не видела смысла. Ей хотелось обсудить последние новости о том, что происходят в мире, а также узнать какие предположения выдвигают мракоборцы, и стоит ли им начинать переживать о будущем уже сейчас. Конечно, когда она смотрела на Джинни, ее одолевало желание обсудить с ней Малфоя, но каждый раз, когда они встречались, Гермиона открывала было рот, но не могла выдавить из себя ни словечка. Почему же? Как она будет говорить о Малфое и при этом не краснеть, описывая сцены их взаимодействия? Сегодня все казалось еще более запутано, чем вчера, и завтра, похоже, будет окончательное сумасшествие. Хм, она и Малфой… Девушка мысленно застонала, ведь как ни боролась она с этими шальными теориями, они все так же преследовали ее. Почти всю неделю она и Малфой сохраняли видимость пассивности по отношению к друг другу, поглощённые каждый своей рутиной. Драко, как догадалась Гермиона, был вовлечен в тренировки перед завтрашними соревнованиями со сборной Пуффендуя, сама девушка, то и дело, рыла библиотеку, но до сих пор безрезультатно.
Вечерний обход школы уже перевалил за полночь, и, покинув подвалы Слизерина, где было спокойнее, чем в прошлый раз, Гермиона возвращалась в свою Башню, размышляя над тем, спит ли уже Драко. За последние несколько дней она видела его в их общей гостиной пару раз, быть может, и сегодняшний день не станет исключением из этой тайной приятной радости. Бог знает по какой причине, ей это нравилось, но в целом на днях Гермиона поймала себя на мысли, что даже рада подобному соседству. В ее распоряжении целая отдельная комната, и в целом в башне нет кричащих и снующих туда обратно детей младших курсов. Некоторая мрачность, что еще сохранялась в образе Драко, где-то даже импонировала девушке, ведь он казался всецело погруженным в свои заботы, а это значило, что ему некогда докучать ей. Хотя, это скорее признак зрелости в нем, поэтому он более не притесняет права Гермионы, и она чувствует себя на своем месте. Сейчас даже больше, чем когда Рон и Гарри вступались за нее.