— Да, Хозяин, слово в слово и каждое рукопожатие, — эльфьи уши Мини показались из-за высоких тяжелых штор.
— Черт бы побрал этого родственничка. Я не могу послать тебя вслед за ним, ты защищена лишь тогда, когда находишься на территории поместья, в противном случае любое, даже самое простейшее заклинание о слежке, выдаст тебя.
— Но я могу быть осторожной и очень полезной, — возразила эльфийка в который раз: до этого они уже обсуждали подобную идею.
— Нет, Мини нет. От тебя гораздо больше пользы здесь.
Существо, стоящее за спиной Драко, даже приосанилось от столь щедрой похвалы и заботы от ее любимого Хозяина.
— Остается только гадать, сколько последователей этот наследник уже имеет, и сколько, черт его подери, крестражей он успел наклепать, а мне лишь остается быть безмолвным хранителем его Тайны.
Сухой скрипучий кашель нарушил паузу в диалоге, и Драко инстинктивно посмотрел на стену, откуда шел звук. Шевелился портрет размером не более чем две ладошки, что висел на том самом месте, сколько юноша себя помнил. Малфой подошел ближе, всматриваясь в силуэт старца, который обильно кашлял пылью, хрюкая и ругаясь на неизвестном языке.
Подобные пробуждения были редкостью, и Драко впервые наблюдал явления мира магов. Мини старательно, дабы не наступить на мантию своего хозяина, кружила вокруг из стороны в сторону. Домашняя эльфийка старательно вспоминала хоть бы Имя предка этого древнего рода, но тот был настолько стар, что даже Пакля едва бы помог им разобраться.
— Прошу прощения, — заговорил Малфой-младший, внимательно осматривая тунику эпохи средневековья, натянутую поверх крепкого мужского тела. Возраст трудно было разглядеть из-за того, что фигура металась, ударяясь о рамки картины, но, судя по всему, мужчине было едва за сорок и по меркам того времени, он считался уже более, чем зрелый.
— Не стоит извиняться, мальчик мой. Отойди же подальше, дай я взгляну на последнего Хранителя Тайны рода Малфоев.
— Хранителя какой тайны? — Драко подал едва заметный знак Мини, и та, оставаясь в стороне, зашуршала пером по пергаменту.
Но мужчине не интересны были расспросы, он с восхищением осматривал своего потомка, поглаживая седые усы. Он на чистом французском произнес:
— Великолепно, какая осанка, вы, должно быть, отличный наездник?
В голове юноши вихрем пронеслись давние уроки французского, на которых так настаивала Нарцисса, когда он был еще совсем ребенком.
— Едва ли, — Драко хмурился, подбирая слова. — Ваше мнение в корне противоречит взглядам моего отца на мои умения.
— Вы воспитаны в строгости, похвально, — говорил мужчина, усаживаясь в портретное кресло с высокой спинкой. Когда предок стянул со своей головы колпак, по его плечам рассыпались густые белокурые волосы, и сходство между ними глупо было отрицать.
— Прошу прощения, я не представился. Маркус Люциус Малфой, пятый Маркиз Уилтширский.
На лице Драко скользило недоумение.
— Нет, мальчик мой, мы не имеем никакого отношения к магловской королевской династии. Мы куда более древние, чем ты можешь полагать, но и до моих времён дошло очень мало фактов, однако общепринято считать меня маркизом, это удобно в обществе.
— Что значит Хранитель Тайны?
— Хм, — громогласно захохотал мужчина. — Ты сам это произнес, это и заставило меня пробудится.
— Я не понимаю, — сказал Драко, отступая и сверяясь с часами.
— Постой же, — Маркиз вновь воскликнул на французском, и его синие глаза сияли неподдельным интересом.
— Боюсь, что мне пора спешить, Ваша светлость, безумно рад нашему знакомству и Вашему удачному пробуждению.
— Ты не похож на тех остолопов, которых я породил, и на тех, которых породили они. Я наблюдал за тем, что они творили в течении трех сотен лет, пока не сдался, погружаясь в забвение, но я проснулся не просто так.
— А зачем же?
— Чтобы увидеть истинного Хранителя. Камень с тобой, мальчик мой?
— Какой камень?
— Ошеломительно, — произнес Маркиз, вскидывая руки вверх и поднимая глаза к небу. — Эти упыри все растеряли.
Драко ухмыльнулся театральности своего предка, что была так несвойственна ему самому.
— Ищи камень, мальчик мой. Лишь тот, кто сохранил Чистоту сможет, узреть истину, и быть, по праву наследования, одним из Хранителей.
— Чистоту крови? Вы имеете в виду, чистокровен ли я? Могу Вас уверить, об этом ваши потомки позаботились, даже чересчур.
После этих слов Маркиз встал и, не сводя пронзительного взгляда, стал подходить ближе. Когда его ноги скрылись за портретной рамой, он остановился и, внимательно следя за любой реакцией юноши, указательным пальцем показал себе на грудь.