Тал дернулся от резкой боли: еще секунду назад он с вызовом смотрел на свою воспитанницу, а сейчас перед глазами поплыли круги. Тонкое лезвие прошло его шею насквозь, и из двух ранок просочилась кровь. Теперь уже он опустился на колени, чувствуя слабость и удовольствие.
Она стала тем, кем должна была, у него получилось!
Девушка осторожно поднялась, еще не веря, что одолела всемогущего и грозного Тала. Долгие годы он был ее отцом, опорой, хозяином и наставником. Он отнял у нее многое, но сейчас она ощущала болезненное шевеление в груди вопреки всему, что узнала и еще недавно чувствовала.
– Я верну себе имя, лицо, и стану той, кем должна была стать. Я больше не буду жить в твоей тени, ясно? – гневный голос надломился.
А он улыбался, слабо, но искренне. Впервые в глазах появилось одобрение и умиротворение. Долго она мечтала увидеть в нем это, но дождалась только сейчас, в его последние минуты. Тал смотрел особенно, и Церера поняла, что он хотел, но не мог сказать. «У меня есть еще одна жизнь, и я буду рядом ровно столько, сколько смогу», – читалось во взгляде. Он страдал, но непонятное счастье сквозило в каждой его черточке.
«Он ждал этого от меня, он ждал... когда я потянусь к свету?» – с безграничным удивлением подумала девушка, но ее удивление возросло еще больше, когда она обнаружила себя на коленях рядом с его телом. Из глаз текли слезы, и она не знала, как их остановить. Взгляд размывался, но острое зрение хранителя все равно различало знакомое до последней родинки лицо, падающие на лоб волосы, остекленевшие глаза. Сейчас он не выглядел грозным Темным, лидером противников Лунара, ненавистнейшим хранителем в истории. Мир запомнит его чудовищем, но лишь Церера будет знать, каким трогательным и одухотворенным стало его лицо после смерти.
Новые чувства и мысли возникали в голове, и каждая шокировала ее больше и больше. Она узнала жалость, боль от потери, любовь – все то, что раньше никогда не было ей доступно. Либо же в ней проснулась та часть, о которой она узнала совсем недавно. Ее человеческая суть.
Церера в отчаянии вздернула лицо к потолку, словно среди трещин древней пещеры могла разглядеть Отца, того самого ушедшего бога, который создал их, к которому стремились их сердца, но который оставил хранителей, бродя среди космических тел, пока они здесь безответно взывают к нему.
_____
[58] Ромфея – двуручный меч с длинной рукоятью и однолезвийным клинком, который мог быть как прямым, так и незначительно изогнутым. Использовался древними фракийцами.
[59] Битва на реке Гидасп состоялась в июле 326 до н. э. в ходе вторжения Александра Великого в Индию. Его войска одержали победу, после чего царь Пор стал вассалом Македонского.
ЭПИЛОГ
Легкие шаги послышались в боковом туннеле. Из мрака выплыла тень.
– Все первое случается лишь однажды: первое предательство, первое убийство, первое впечатление. Какая нелепая в своей простоте истина, а ты игнорировал ее, упрямо закрывал глаза!
Высокий мужчина со светлыми волосами, завязанными в конский хвост, остановился возле тела, лежащего в пыли глубоко под землей. В серых глазах мелькали самые разные чувства, что полностью подтверждало справедливость фразы «глаза – зеркало души». Резкое лицо, словно вырезанное скульптором из мрамора, на секунду смягчилось, после чего он вздохнул, и вернул привычное надменно-суровое выражение.
– Ты надеялся повторить свой успех, но в итоге именно нам придется разгребать последствия. Я, она, и они, – последнее слово он произнес почти с ненавистью. – Только знаешь, старый друг, я все равно не понимаю, победил ты, или проиграл. Ты желал самостоятельно исправить то, что сломано, но при этом упорно готовил ее, словно и сам не понимал, чего хочешь больше.
Мужчина наклонился, и закрыл мертвецу глаза.
– Не знаю, говорил ты правду, или лгал, получится у тебя или нет, но сейчас я хочу достойно с тобой проститься. Ты сделал все, что мог, но пришла наша очередь наследовать планету. Луноликий ушел, ты ушел, уйдут и другие, а мы – останемся, и будем вершить суд на своих условиях. Прощай!
Он прикоснулся к своей подвеске с серебряными крыльями: тело Тала вспыхнуло синим пламенем, и превратилось в серебряный дым, сверкающими частичками разносящийся по всей пещере. Мужчина некоторое время простоял, опустившись на одно колено, а потом поднялся, и направился к выходу через узкий тоннель.