Хранительница неотрывно смотрела на свою планету, вбирая ее серую, льдистую поверхность. Пытаясь скрыть несвойственные для нее чувства, она хрипло заметила:
– Моя планета, о существовании которой знаем лишь мы вдвоем.
– Необязательно! Людишки, эти невозможные умники, стремящиеся познать все на этом свете, и подчинить законам логики, давно пытаются доказать существование там планеты. Их зрение не такое острое, как у нас, зато у них есть наука. Я, кстати, завел знакомство с одним астрономом[6], могу помочь ему, и заодно подсказать отличное название для новой планеты.
– Ну и с каких пор в кругу твоих знакомых есть астрономы?
– Не брюзжи, у меня широкий круг общения. Эти ты сразу убиваешь всех, кто оказывается рядом.
– А ты стремишься поработить.
– Зато я могу наладить связь с теми, кто может быть мне полезен. Например, с народами, хоть я и презираю этих выходцев из другого измерения. Или человеческих гениев, которые развлекают меня на досуге.
– Договорились, пусть это будет Церера, моя планета.
Мужчина улыбнулся, и продекламировал:
Mio pianeta lontano,
Mi manchi ogni giorno.
Aspetta, dammi il mano.
Questa gente non sanno
Quanto sei bella amore.
Anche se sei un mostro
E mi porti solo dolore
Sai che voglio esporre
Tutti i miei sentimenti,
Mia cara lontana Cerere,
E tutti grandi momenti.
Non dire niente e senti!
Cerco l'oro e lo metto
Ai tuoi piedi, mia Cerere.
Per me la terra è un letto.
Ti ho amato e l'ho detto.
Il nostro mondo è vuoto
Senza di te, amore, è rotto,
La realtà non è perfetta
Senza di te, mio pianeta[7].
Тал поклонился, и собрался уходить.
– Постой! Я хочу знать, что будет дальше.
– Узнаешь, если перестанешь сбегать, молча разглядывать звезды, и наконец займешься делом. У меня есть отличное поручение для тебя! Ты идеально с ним справишься.
По особым интонациям Церера сразу поняла, что в ближайшее время в воздухе будет пахнуть кровью.
***
Они сидели за каменным столом, и настороженно разглядывали друг друга. Не было смысла притворяться друзьями, но все же заключенный союз – выгодное решение для обоих. Каждый получит то, чего желает, а потом – попытается обмануть другого.
Тал смотрел в беспощадные глаза мужчины напротив, и недоумевал: как так получилось, что он служит делу хранителей? Такое вероломство, хитрость и беспринципность достойны Темного, этот мужчина вполне мог бы заменить Тала, но предпочел остаться под знаменем Златоглава, а теперь и Медея.
Медей...
Для многих он как кость в горле. Благородный, смелый лидер, успешно воюющий с заклятыми врагами. Его уважали и подчинялись, и, кажется, уверенность в собственной незаменимости ослепила его. Либо же он так глуп, что не заподозрил зреющее недовольство. Неужели он думал, что его милым хранителям чуждо честолюбие и амбиции? Неужели думал, что его волевые соратники согласны всю жизнь пребывать в тени его побед?
Но это неважно: любые промахи Медея принесут пользу самому Талу, поэтому он активно помогает разброду среди командования хранителей. Пусть сейчас он поддержит нового союзника, поможет ему расколоть сообщество, создаст видимость изменений и улучшений, но в итоге хранители все равно проиграют. Медей – осколок героического прошлого их вида, благодаря его усилиям они все еще не выродились, не разбрелись поодиночке, живя личными желаниями и амбициями. Его псы вроде Рамсеса давно разучились хранить: теперь они просто воины, первоочередная их задача – противостояние врагам, но для чего они это делают, как далеко они отошли от воли Отца?!
И все это – дело рук Тала. Один не самый могущественный хранитель сумел заразить сердца соратников ненавистью, перевернул уклад жизни и философию хранителей, оказал огромное влияние на развитие человечества. Есть чем гордиться, но это еще не предел мечтаний. Осталось предпринять еще несколько шагов, и этот неожиданный союзник поможет ему.