– Меня прислал стратег Рамсес, чтобы я выяснила, что здесь произошло. Было совершено преступление, погибли местные земледельцы и наши воины. Один из них – хранитель №96930 по имени Кай – пропал без вести, из-за чего мы подозреваем его в дезертирстве. Вы все понимаете, насколько это серьезное обвинение, поэтому если у вас имеются сведения, скажите сейчас.
Хранители не смели даже шевельнуться. Видимо, им приказали не опозориться перед важными посланцами, и помалкивать о происходящем в гарнизоне. «Давно пора навести порядок, не то скоро граница даже для виду охраняться не будет!» – подумала Норит. Она пристально разглядывала лица, и остановилась на симпатичной девушке с короткими волосами. Она всеми силами подавала знаки: умоляюще смотрела, поджимала губы, округляла глаза. Когда ее мимику заметили, она коротко кивнула. Норит обернулась к Ливию, и поняла, что он тоже заметил. Тогда она обратилась к Моксе:
– Мы хотим поговорить с каждым из ваших хранителей наедине.
Толстяк смутился, пытался возразить, но ему не удалось побороть оруженосца Рамсеса. Чтобы не привлекать внимания, себе она выбрала невзрачную девчонку-новобранца, а допросить стриженную приказала Ливию.
***
Они остались вдвоем в крохотной комнатушке со столом и двумя неудобными стульями. Ливий чувствовал, что нужно торопиться, поэтому отбросил формальности:
– Говори все, что знаешь.
– Я точно уверена, что Кай не мог сбежать! Это ложь!
– Нам недостаточно твоей уверенности. Факты, доказательства, что угодно, кроме домыслов.
– У меня нет никаких доказательств. Но я знаю его, как никто другой. Мы связаны... То есть... наши сердца связаны.
– Вы любили друг друга?
– Да, – девушка заметно смутилась. – Я чувствую, что он в беде. Поверьте, я отлично его знаю: он не стал бы бежать!
Ливий хмуро покачал головой.
– Мне нет дела до вашей любви. Убеди меня. Я слышал, он скучал здесь.
– Это правда, но только оттого, что был великолепным воином, здесь его таланту не находилось применения. Однако он честно и достойно нес службу, и ни разу за все годы не совершил ничего, что вызвало бы нарекания. Еще он был прекрасно образован, работал когда-то в библиотеке Цельса, и в Александрийской библиотеке, до ее падения.
Хранитель, почти потеряв интерес к рассказу девушки, почувствовал странный азарт, словно ему удалось ухватиться за вечно ускользающую нить правды.
– Ты сказала, он работал в Александрийской библиотеке?
– Да, он родом из Эфеса, и тогда называл себя Аристархом. Это после присоединения к хранителям он поменял имя, и стал Каем.
– Но почему?
– Не знаю, об этом он не говорил. Но мне известно, что он был знаком со многими человеческими учеными и выдающимися поэтами, изучил много языков, работал с бесценными свитками, которые ныне утеряны. Он ушел оттуда, когда Александрию захватили арабы. Вроде даже унес с собой некоторые свитки, но это мои догадки, сам он неохотно рассказывал о своем прошлом.
– Почему он служил здесь? С его знаниями мог стать наставником для новобранцев.
– Его сюда направил стратег Умар. В лагерь Медея берут либо самых лучших, либо новобранцев, которых нужно подготовить к службе. А Кай в то время предпочитал не демонстрировать свой уникальный ум и навыки бойца.
– Лишь спустя столетия добровольного изгнания он заскучал, и выдал себя, – задумчиво пробормотал Ливий.
– Что?
– У тебя есть еще что-нибудь, что мне нужно знать?
***
Медей и Рамсес с негодованием смотрели на «трон» Цереры. Искореженные тела говорили, в каких муках умерли люди и хранители. То, что она делает, слишком чудовищно даже для Темной.
– И что сказал Радиус?
– Следов силы хранителя не обнаружено.
– Тогда это точно Церера, – со вздохом согласился Медей. – Только она может так ловко применять свою силу, не оставляя следов. К тому же Радиус еще никогда не ошибался, так что предположим, что это она. А что известно о дезертире?