Ливий приосанился, и рассказал все, что узнал часом ранее:
– Достоверный источник сообщил, что Кай был смелым и уважаемым воином. Однако еще я узнал, что раньше его звали Аристархом из Эфеса, и он работал в Александрийской библиотеке до вторжения арабской армии. Тогда он присоединился к хранителям, но не демонстрировал ни свои воинские навыки, ни колоссальные знания. Также предположительно он унес с собой свитки, но об их местоположении ничего не известно.
Рамсес определенно что-то сопоставил, но предпочел не делиться с остальными, а отошел к стене. Норит же была неумолимо настроена против пропавшего хранителя.
– Это ничего не означает.
– Ошибаешься, – возразил стратег.
– Он сбежал из охваченного войной края, бросил великую библиотеку на разграбление, даже сам похитил бесценные документы! Скрыл свое имя, не рассказывал о навыках, а потом сбежал при странных обстоятельствах. Может, он заключил сделку с Талом!
– Или скрывался от тех, кто мог употребить его знания во зло, – тихо сказал Ливий.
Норит собиралась удалить болтливого хранителя из Храма, но архонт остановил ее.
– Объясни, что ты имеешь в виду. Я вижу, ты что-то понял, и хочешь поделиться этим с нами.
– Так точно! У нас много великих воинов, и Кай – не самый могущественный из них, но у нас мало выдающихся ученых. Все наставники обучались в лагере, и были знакомы только с теми учениями и текстами, которые хранятся здесь. Кай же имел доступ к величайшему собранию сочинений в истории: это и философия, и наука из разных эпох. Это богатство не сравнить с золотом и землями, знание – величайшая сила, подвластная уму. И он обладал этой силой. Что он такого знал, что его похитили?
– Значит, ты считаешь, что его похитили?
– Архонт, я вас перебью, – вмешался Рамсес, взглядом заставив Норит молчать. – Ливий прав. У нас пропало множество хранителей. Я составил список, и тщательно проверил каждого. Пропавшие – из разных точек мира, разных возрастов, с разной степенью владения силами и оружием, но у всех есть одна черта – они либо наставники, либо обладают обширными знаниями благодаря прошлой жизни, до присоединения к нам.
– Значит, Талу нужно что-то, что знают наши хранители, но неизвестно его последователям. Что же это?
***
Обрывки сложились в целую картину. Сон, долгий, мучительный, обрел форму. Это была нескончаемая дорога, по которой он шел, встречая и теряя попутчиков. Он молчал, ораторствовал, злился, унывал, но не останавливался ни на секунду, иначе его ждало пробуждение. Он знал это непостижимым образом, и отчаянно сопротивлялся. Иногда все выцветало, и он переходил на бег, всеми силами цеплялся за сон. Камни, пыль, страшная усталость, он споткнулся, и открыл глаза в иной реальности.
– Проснулся! Я уж думала, придется убить тебя во сне.
Хранитель стремительно поднялся на ноги, и увидел, что лежит на каменном столе. Рядом стояла Церера, отвратительная Темная. В ее темных глазах тлело пламя. Он сразу вспомнил ее трон, вспышки света, в которых погибали хранители. Сердце преисполнилось ненавистью, и Кай попытался отнять у нее оружие.
Вместо Цереры его встретил портал, и парень обрушился обратно на стол, ударившись всем телом.
– Какое жалкое зрелище! Если хочешь внезапно напасть, делай это молниеносно, и заранее скрой от противника мысли. А то желание задушить меня было написано на твоем лице такими крупными буквами, что даже слепец увидел бы.
– Почему ты не убила меня? Что тебе нужно?
– Сразу переходим к делу? Хм, так даже лучше, пока я действительно тебя не убила. Видишь ли, если я и дальше буду оставлять врагов в живых, кто будет меня бояться? Только попробуй разочаровать, и я сразу же оправдаю свою репутацию.
– Что тебе нужно?
– Чтобы ты оглянулся для начала.
Кай осторожно повернул голову, и увидел огромных размеров зал. Потолок не был виден, его скрывал серый туман. Все помещение было заставлено длинными рядами каменных стеллажей, которым, казалось, не было конца. На полках хранитель увидел книги, свитки, сланцевые таблички с древней клинописью, забытой людьми и народцами.
– Это... – Кай не мог сказать ни слова, переживая старое чувство, которое подавлял слишком долго.