Из оазиса выезжали в полном молчании. Впереди - тихий и задумчивый Эйнар, следом за ним - раздраженная Корделия, замыкал процессию хмурый Рейнар.
Песчаники, не обращая внимания на настроение хозяев, бодро побежали в сторону восходящего солнца, загребая когтистыми лапами песок. По пути встречались колючие риерии, иногда попадались таисы и совсем редко пустынные исполины с пепельной корой и толстыми, горизонтальными ветвями - раграны. На высоких барханах можно было заметить багрянок – красных змей питающихся исключительно огненными саламандрами, а среди мелких камней – черных скорпионов размером с ладонь.
Эйнар сощурившись от яркого солнца, рассматривал безоблачное небо пытаясь рассмотреть в вышине парящего тайпсана – крылатого охотника пустыни. Заприметив добычу на земле, тайпсан резко спикировал вниз, заставив Эйнара замереть от восторга. Удар сердца, и птица с зажатой в когтях многоножкой, унеслась прочь, громко клекоча.
Вздохнув, Эйнар бросил взгляд через плечо. Рейнар с Корделией, все также продолжали дуться друг на друга и судя по их виду, на примирение идти явно не собирались.
Корделия поджав губы, отрешенно уставилась в одну точку перед собой.
Раздражение, сидевшее в ней с самого утра, угрожало выплеснуться наружу в виде неконтролируемых эмоций. Гнев и уязвлённое самолюбие бушевали в ней, словно весенняя река после долгого сна, желая напомнить одному, зарвавшемуся мальчишке, где его место. В порыве чувств, девушке захотелось заставить песчаника ускориться и скрывшись за горизонтом, бросить своих попутчиков на произвол судьбы. Но…к большому сожалению, Великую пустыню невозможно было пересечь без сопровождающих. Только если ты не огненный маг или коренной житель пустыни. Увы, но Корделия не являлась ни тем, ни другим, а значит терпеть общество двух братьев придется, как минимум до того момента, как она найдет новых сопровождающих. Тяжело вздохнув, девушка подняла голову, устремив взгляд в безоблачное небо. И тут же замерла, услышав короткий, едва слышный свист.
Резко остановив песчаника, она развернулась в седле, тщательно осматривая пустынный пейзаж оставленный позади.
Бесконечные песчаные барханы, чахлая темно-коричневая трава… и ни единого признака погони. Хотя интуиция стихийницы буквально кричала об опасности. Корделия снова всмотрелась в горизонт. Бархан, бархан, снова бархан, какая-то серая точка вдалеке. Стоп. Что это? Взгляд девушки вернулся назад, к точке, которой пять минут назад еще не было.
- Что случилось? – раздался осторожный голос Эйнара, подъехавшего к стихийнице с правой стороны.
- Я так полагаю, ничего хорошего, - хмуро добавил Рейнар, проследив за взглядом Корделии.
Девушка молча кивнула, продолжая следить за точкой, которая постепенно начала увеличиваться в размерах.
- Вейры, - рвано выдохнула стихийница, как только точка разделилась.
- Сколько? - тихо спросил Эйнар, кладя руку на рукоятку притороченного к седлу меча.
Корделия прикусила губу, стараясь оценить количество приближающихся фигур.
- Больше дюжины... возможно, около двух десятков.
Рейнар нахмурился ещё сильнее, бросив взгляд на низкий горизонт пустыни.
- Если мы будем стоять тут и ждать, нам конец, — пробормотал он, внимательно изучая ближайшие барханы.
Эйнар кивнул, соглашаясь с братом, хотя тревога была написана крупными буквами на его лице.
- Есть идеи?
- Есть, - с нервным смешком выдала стихийница.
Рейнар вопросительно приподнял черную бровь в ожидании ответа.
- Бежать! Все за мной! - Корделия развернув песчаника, щелкнула поводьями, и ящер понесся вперед.
9
Эйнар и Рейнар мгновенно пришпорили своих песчаников, отправляясь вслед за стихийницей. Братья понимали, что ситуация серьезная: двенадцать или двадцать вейр – разницы особой нет, итог одинаковый – им не выжить.
Барханы скользили за спиной, и ощущение свободы смешивалось с осознанием смертельной опасности, нависшей над ними. Воздух вокруг начал нагреваться сильнее обычного, словно пустыня собиралась проверить их не только на выносливость, но и на прочность.
Ветер свистел в ушах, срывая с волос песчинки и впиваясь в воспалённые глаза. Корделия, придерживая прозрачную накидку, с трудом удерживала песчаника, чувствуя, как мощные мускулы животного сотрясаются от бешеной скачки. Сердце колотилось в унисон с барабанным боем пульса, разгоняя адреналин по телу, заглушая страх и отчаянье.