— Глупости всё это, стариковские сказки! — буркнул Боно, надкусывая яблоко. — Такое только детям впору рассказывать, чтобы они в лес не ходили! Верно, малец?
Лерон несколько секунд молчал, потом повернулся к хозяину с широкой учтивой улыбкой.
— Да, верно. Вы всегда правы, господин.
— Именно, я всегда прав, рад, что ты это понимаешь своей тупой головой, — Боно довольно и как-то мерзко улыбнулся, блестя маленькими чёрными глазками. — А я помню, как ты говорил о волшебном подземелье, где хранятся неведанные сокровища. Ха-ха-ха! Чушь! Не бывает никаких пещер с кладами! Я прав?
Лерон сжал вожжи с такой силой, что пальцы мелко задрожали. Ему потребовалось не мало усилий для сохранения улыбки, от которой сводило скулы.
— Конечно, господин Боно, вы правы. Я был глупцом, когда мечтал найти золотую пещеру, — ответил он.
— Именно! Рад, что ты взялся за ум. Но долг тебе ещё долго отрабатывать! — с такими словами торговец вгрызся в яблоко.
Лерон отвернулся, не в силах смотреть на жирную довольную физиономию торговца.
Почему он лебезит перед толстяком? Неужели нельзя забыть о долге, плюнуть на Боно, бросить всё и уйти далеко-далеко? Лерон не раз думал об этом, но проблема заключалась в том, что ему не было куда податься. Без денег далеко не уйти, не устроиться нигде, не раздобыть жильё, одежду и еду. На всё нужны деньги!
А подземелья с сокровищами? Лерон не сомневался в их существовании, просто не каждому дано их отыскать и пройти. Он не сомневался, что однажды непременно найдёт такое и станет богаче короля. Только бы это не оказалось красивой легендой…
Дорога через лес предстояла длинной, утомительной и опасной. Можно было обойти чашу для безопасности, тогда путь занял бы не один, а два дня. Но Боно не пожелал тратить драгоценное время и приказал Лерону поворачивать в лес, к тому же, нанятые телохранители могли защитить в случае нападения разбойников или лесных хищников.
«За что он переживает больше: за себя или свой товар?» — раздражённо подумал Лерон.
Лес жил своей жизнью. Всюду доносились пение птиц, шелест травы и древесной листвы и звуки зверей. Лерон, не прекращая вести телегу, наслаждался лесной мелодией. Благо, Боно перестал чавкать яблоком и на время затих, телохранители тоже молчали, поэтому Лерону ничто не мешало довольствоваться природной красотой.
Однако летний зной давил и пёк на головы. Скоро Лерон опустил голову, чтобы хоть как-то укрыть лицо от солнечных лучей, но это мало помогало. Пот ручьями стекал по его лицу и телу. От жары начались головокружение и тошнота. Лерон с трудом держался на козлах и сжимал вожжи. Пассажирам было не легче.
— Это жара невыносима! — не выдержал Боно. — Нужно срочно найти тень, иначе товар испортится!
Вдруг Лерон уловил звук журчащей воды. Где-то по близости текла река! Он остановил телегу и, до того, когда Боно начнёт возмущаться, сказал:
— Господин Боно, неподалёку течёт река. Лошади устали, их надо напоить и накормить. А вы можете отдохнуть в теньке.
Несмотря на удручающую жару, Боно сообразил быстро.
— Конечно, нужно укрыться в тени! Живо поворачивай к реке!
«И не слова благодарности,» — сердито подумал Лерон, но повернул телегу к реке.
— Я сяду под тем деревом и отдохну, — Боно махнул рукой в сторону большого дерева, чья тень расстилалась по земле за несколько метров. — Вы охраняйте товар. Он очень ценен! — дал он приказ молчаливым телохранителям. — А ты покорми, напои и почисти лошадей! Да поживей, я не собираюсь долго ждать!
Дождавшись, когда хозяин устроился под тенью большого дерева, Лерон отвязал лошадей от телеги и повёл к воде — он отчётливо слышал по близости журчание реки. Он старался не оглядываться на Боно, который, удобно устроившись, поедал жаренную баранью ногу и запивал вином. В отличие от торговца-борова, Лерон ел последний раз вчера, и только хлебом с водой.
Как ожидалось, на освещённом солнцем месте плескалась чистая река. Золотые блики на воде плясали и били по глазам. Журчание реки, свежий воздух и пение птиц ласкали и приносили покой и телу, и душу.
Отпустив лошадей на водопой, Лерон опустился на колени перед рекой, зачерпнул ладонями воду и ополоснул лицо, прогоняя противный пот, потом выпил немного, промочив пересохшее горло и избавляя рот от надоевшей сухости. Вода показалась невероятно сладкой, словно нектар.
«Это какое-то волшебство. Жаль, что даже магия не поможет мне расплатиться с долгами».
Затем Лерон почистил лошадей и отпустил их пастись. Животные щипали траву. Их чистая шёрстка красиво блестела на солнце. Они наслаждались отдыхом, как и Лерон. Он прекрасно понимал лошадей: тоже горбатился целыми днями, мало ел, пил и отдыхал, и всё равно хозяин кричал на него и называл лентяем. Боно можно было разжалобить только местью. У него с трудом можно выпросить кусок хлеба — настолько толстый торговец жаден.