Глава 10. Уединенные под дождем
Гроза не прекращалась вот уже почти неделю. Из-за этого Эрика и Рагнар могли выходить разве что на крыльцо, да и туда не слишком надолго: вместе с дождем пришел холод, и Эрика даже от короткой «прогулки» быстро замерзала, а Рагнар просто не видел в них особого смысла. Однако окна, чтобы проветрить помещение, открывал каждый вечер на короткий промежуток времени. Все же из-за того, что теперь пришлось топить камин, это стало еще более необходимо, чем прежде.
Грассом ушел по своим делам вечером того же дня, как они вернулись из старого драконьего города. Как и прежде, демон предпочел не распространяться о том, что у него за дела такие, а только заговорщически улыбнулся, покачал головой и, выдав какую-то невнятную шутку о том, что он не желает мешать братцу и человеческой девчонке уединяться, ушел. Рагнар на шутку смутился, но ничего не сказал, предпочтя промолчать.
Эрика в свою очередь едва не запустила в Грассома плошкой из-под приготовленной им же похлебки — первым тяжелым, что подвернулось под руку. Потому что если бы не его упрямство, не его вредность и совершенно демоническая натура — она бы давно могла быть дома, а не сидеть у джалва на куличках в компании дракона и демона.
Впрочем, Эрика быстро себя одернула. Она уже какое-то время ощущала себя в доме Рагнара так, словно всю жизнь только здесь и прожила и никуда не уезжала. А то реальное, что было — учеба, семья, отношения и друзья — подернулось странной дымкой. Эрика, говоря честно с самой собой, признавала, что уже не так рвется домой и не так сильно скучает по близким. Возможно, потому что вспомнила, каково это — когда не донимают глупыми разговорами и приевшимися традициями? Эрика не знала. Но ничего не могла с собой и своими мыслями и чувствами поделать.
В свете этого, стоит признать, девушку безумно радовало, что Рагнар относился к ней тепло. Сначала Эрику это сбивало с толку, но она быстро поняла: дракон почти всю жизнь мало с кем общался. И ему явно не хватало этого общения, а порой, казалось, и чего-то большего, вроде банального человеческого тепла и ласки. Эрика с этим, правда, не лезла, решив, что не стоит этим привязываться к нему еще сильнее. А главное — привязывать Рагнара к себе, ведь когда его крылья окончательно исцелятся и дракон отнесет Эрику обратно домой, они больше никогда не увидятся.
Раны тем временем после каждой перевязки, кажется, затягивались все быстрее. Эрика все еще не рисковала снимать бинты, но уже становилось очевидным, что причин продолжать перевязки нет и совсем скоро Рагнар сможет отнести Эрику домой. Правда, ее эти мысли не слишком радовали, и девушка порой даже желала, чтобы дождь подольше не заканчивался.
И он действительно не заканчивался, так что очередной осмотр почти затянувшихся ран на крыльях дракона Эрика проводила в один из вечеров под стук капель по стеклам окон и крыше, громовые раскаты и треск поленьев в камине.
Рагнар послушно поддавался всем манипуляциям, которые проводила Эрика: то раскрывала крылья по очереди, то снова открывала, просила подвигать ими и рассказать об ощущениях. Дракон не сопротивлялся, хотя и пытался сразу дать понять, что крылья у него не болят и те бледные царапины, что остались на чешуе — лишь царапины и совсем скоро сойдут.
— Да я вижу, что они почти зажили, — проворчала Эрика негромко, когда Рагнар, в очередной раз вздрогнув от ласкового поглаживания по чешуе, сложил крылья. — Ты прав. Наверное, давай так и оставим, не буду перевязывать… Прости. Просто я очень беспокоюсь. Я никогда не лечила ничего серьезнее простуды без присмотра куратора.
Эрика смущенно поджала губы и принялась убирать так и не понадобившиеся сегодня бинты и мази. Рагнар тепло улыбнулся ей.
— Ты ответственно подходишь к лечению. Это хорошо, из тебя выйдет прекрасный целитель.
Эрика тихо вздохнула, кивнув.
— Да… наверное, ты снова прав, — пробормотала она, вдруг замерев, чтобы рассмотреть одну из склянок, словно впервые ее видела. Потом тряхнула головой и убрала все оставшиеся зелья и настойки на место.
— Я в этом уверен, — Рагнар одобрительно кивнул сам себе. Осторожно тряхнул крыльями — не ощущать на них повязок оказалось непривычно — и подсел чуть ближе к Эрике, когда она переставила коробку с медикаментами на стол. — Немного практики, и ты станешь прекрасной целительницей. Там, глядишь, и до высокого специалиста дорастешь.
— Ты слишком мне льстишь, — Эрика, впрочем, улыбнулась благодарно в ответ.
— Лишь констатирую факт.
Рагнар ободряюще улыбнулся и поднялся, чтобы убрать медикаменты на место. Эрика лишь проводила его взглядом, ничего не сказав.
Очень странно оказалось видеть крылья Рагнара без бинтов. Очень странно и страшно — потому что это означало, что совсем скоро им придется расстаться: Рагнар, как и обещал, отнесет ее домой, где Эрике придется вновь общаться с родными, делать то, что не хочется и общаться с теми, кто никогда ее не понимал. Безусловно, она любила родных, но все же порой общение с ними тяготило и утомляло. А иногда — даже когда она просто вспоминала о них.
Повисло неловкое молчание. Эрика, сидя на диване, подобрала под себя ноги и уставилась в окно на дождь. Капли, кажется, с еще большей силой лупили по стеклу, и девушка вновь подумала о том, что было бы хорошо, если бы дождь не заканчивался еще хотя бы ближайшую вечность — из тихого и уютного дома Рагнара совсем не хотелось уходить. Тем более, сам дракон, кажется, совсем не против ее пребывания у него в гостях.
Рагнар, убрав зелья и мази с бинтами на место, обернулся к девушке и неловко перекатился с носков на пятки. Он ни разу в жизни до появления Эрики не оставался с девушками наедине. Только со случайным похищением Эрики и постоянными уходами Грассома это событие стало относительно постоянным, однако Рагнар по-прежнему не знал, что ему делать и как себя вести. В неловкой задумчивости он сделал шаг и все же опустился рядом с Эрикой. Та, не возражая, подвинулась, позволяя расположиться удобнее.
Стояло еще относительное утро. Обедать уже не требовалось, а до ужина оставалось еще достаточно времени. А потому чем заняться — оказалось не совсем понятно. Многие дела по дому уже переделали не по одному разу, книги, которые нашлись у Рагнара, оказались не для расслабляющего чтения, хотя Эрика с драконом все же посвятили несколько вечеров разбору истории создания Союза Княжеств, того, как они то объединялись в огромную Империю, то распадались вновь — благо информация действительно оказалась для них новой, потому что Эрика это не слишком глубоко изучала в Академии, а Рагнар никогда этим не интересовался.
Так что проблема того, чем занять свободное время, стояла остро. Само собой, Эрика пыталась заниматься рунами и немного магией, еще и травами занялась бы, но они остались в сарае. И пускай он и находился совсем недалеко, ливень и холод за окном не вызывали никакого желания куда-то выходить.
Ни Эрика, ни Рагнар сейчас не совсем понимали, чем можно заняться. Пожалуй, стоило бы приготовить обед, пока Грассом очевидно не собирается появляться в их обществе в ближайшее время, но эта идея большого восторга не вызывала. Да и сидеть просто так рядом в тишине Эрике и Рагнару очень нравилось.
Однако дракон почувствовал, что молчание как будто отнимает драгоценное время общения, а потому предпочел прервать тишину.
— Так… чем займешься, когда вернешься домой? В смысле, скоро ведь мои крылья совсем заживут, дождь рано или поздно кончится, и я смогу вернуть тебя…
Вышло негромко и очень неловко. Эрика вздрогнула и перевела слегка озадаченный взгляд на дракона. Тот сглотнул и поджал губы. Понять, как прозвучал вопрос, труда не составило — словно он хотел скорее избавиться от Эрики, словно она ему надоела. И девушка невольно вздрогнула, подумав об этом.
— Ну… не знаю, — все же тихо протянула она. — В любом случае, первым делом — как-то объяснять близким и жителям деревни, если понадобится, что на дракона охоту устраивать не нужно, что меня здесь не избивали, ни к чему не принуждали, вреда никакого не причиняли… — она стала загибать пальцы и горько усмехнулась. — Думаю, это будет не настолько легко, как было убедить их в том, что я точно хочу уехать учиться в Академию.