— Ты же моя милая!..
Астрид едва не прослезилась в ответ на слова дочери и тут же потянулась мягко обнять ее. Эрика тихо вздохнула, но сопротивляться не стала. А, отстранившись, качнула головой и уточнила осторожно:
— Значит, до вечера?
— До вечера, солнышко, — Астрид провела рукой по волосам Эрики на прощание и направилась к двери. Перед тем, как выйти, неловко улыбнулась, махнула рукой, а затем наконец исчезла за дверью. Эрика тяжело вздохнула, откидываясь обратно на кровать.
— Кошмар какой-то…
Если сразу после пробуждения Эрике показалось, что она полностью расслаблена, то сейчас ощутила, насколько напряжено все тело. Сердце колотилось в груди с невероятной скоростью, так что даже отдавало в ушах, как после бега. Грудь словно сдавило тисками, и дышать стало тяжело, по тело прошла дрожь — Эрику передернуло.
Странные ощущения. Двойственные. Вроде бы она понимает, чувствует, что дома — здесь ее любят и ждут, все знакомое и привычное, даже шум за окном не так сильно раздражает. Но в то же время как доска с камнями на смертника на Эрику давит ощущение, что все это — оно не ее, чужое. Когда-то принадлежало ей, но уже нет. Что-то подобное она чувствовала, когда вернулась на лето домой после первого курса Академии, уже твердо уверенная, что затем останется жить в Венлигвене. Вот только тогда она знала, что вернется в Академию, а сейчас…
Сейчас время как будто остановилось. До учебы оставалась от силы пара недель, но Эрика совершенно не знала, попадет ли в Академию к тому времени. Она знала, что хочет спасти Рагнара, но совершенно не знала, где его искать и у кого просить помощи, кто не счел бы ее ненормальной или хотя бы поверил ей. Не знала, куда бежать и что делать… Но при это понимала с поразительной четкостью: сидеть сложа руки она не сможет, скорее удавится.
Чем занять себя до самого вечера, Эрика представляла слабо. Не похить ее Рагнар, она бы непременно все лето практиковалась в целительстве: разбитые колени, ожоги, царапины, растяжения и прочие незначительные повреждения вряд ли когда-то закончатся. Однако сейчас у девушки совершенно не было желания заниматься тем, ради чего она приехала домой, едва закрыла летнюю сессию.
Неправильно это, наверное. Да и не честно. Но делать ничего не хотелось. Вдруг накатила неприятная и непривычная апатия. Обычно от подобных ощущений Эрика избавлялась с помощью работы, однако от одной мысли о ней становилось мерзко. Да и сами мысли полнились лишь Рагнаром и все пополняющимся списком вопросов. Например, почему Грассом решил выполнить договор с Эрикой? Ведь мог отправить ее до деревни пешком — с него бы сталось. С другой стороны, Джалв его знает, это ведь Грассом.
Завтракать в доме Эрика не стала — схватила пару пирожков, чашку чая и вышла на крыльцо. К счастью, к тому моменту на улице остались только дети — взрослые разбрелись по своим делам — так что никто на нее не оглядывался, и Эрика смогла спокойно позавтракать. А потом отправилась просто гулять.
Планов на день Эрика не строила. Будь ее воля и хоть какой-то план, она, наверное, сорвалась бы за Рагнаром сразу же. Но пока у нее даже идей нет, где достать лошадь, чтобы быстро и относительно безопасно добраться до столицы.
Закрыв дверь и калитку, после завтрака Эрика побрела гулять. Она шла, куда глаза глядят, полностью при это погруженная в свои мысли. Все утро в ней потихоньку крепла тревога: сначала ее совсем не было, потом появились легкие отголоски, а как только девушка осталась совсем одна — тревога стала крепчать с немыслимой скоростью, а мысли то и дело возвращались к Рагнару. Просто к Рагнару — не к тому, как его можно было бы спасти.
Сердце то и дело сбивалось с ритма, по спине бегали мурашки. Эрика поймала себя на том, что заламывает пальцы, размышляя о том, что Рагнару, наверное, сейчас куда страшнее и тревожнее, чем ей, когда вдруг услышала голос Калле.
— Эй, ты поспокойнее с Ромашкой! Она же неспокойная, раззадоришь — костей твоих не соберем!
Эрика замерла, изумленно оглядываясь. Она вдруг обнаружила себя, стоящей совсем недалеко от сельских конюшни и манежа почти на окраине деревни. Но что тут забыл Калле?.. Точно, мать же говорила, что он сегодня учит детей верховой езде. А ведь Эрика даже не заметила, как забрела сюда, задумавшись.
Стоп. Калле учит детей верховой езде? Значит лошадей не отправили сегодня пастись в поля!
По спине Эрики пробежала дрожь, и девушка невольно улыбнулась. К ней вдруг пришла идея — с одной стороны гениальная и позволяющая сорваться в столицу в ближайший час, с другой же совершенно подлая и одновременно глупая. Но голова ли Эрика пойти практически на предательство родных, невыполнение обещания, данного матери, что они вечером обязательно ради сиюминутной попытки сбежать?..
Надо хотя бы попытаться. Но для начала — вернуться домой.
Эрика прекрасно отдавала себе отчет в том, что относительно родителей собирается поступить совершенно по-свински. Эрика прекрасно понимала, что своим побегом разобьет матери сердце, а отца разозлит еще больше. И Эрика совершенно не тешила себя пустыми надеждами, что ее после такого примут дома с вновь распростертыми объятиями. Тем более, отступать уже поздно — так она решила, вновь подходя к манежу, где Калле все еще занимался с детьми верховой ездой.
Подойдя достаточно близко и так, чтобы ее увидели, улыбнулась и помахала Калле рукой, а затем, когда он двинулся к ней, поспешила на встречу. Так что совсем скоро оказалась в объятиях старшего брата, который, впрочем, тут же отпустил ее и внимательно осмотрел.
— Привет-привет, — произнес Калле с улыбкой. — Выспалась, я смотрю?
— Да так, — Эрика неловко повела плечом и поправила сумку с вещами на плече. — В целом да, но непривычно. Там, где я была… ну, там тише.
— Пещера какая-нибудь? — с сомнением на всякий случай уточнил Калле, на что Эрика только покачала головой. Потом парень указал на сумку, чуть прищурившись. — Куда-то собралась?..
— А? А, да нет, — Эрика смущенно улыбнулась и сцепилась в ремешок. — Нет, куда мне. В дом у леса ходила еще раз. Вчера спешила из-за дождя, не все забрала. А сейчас шла обратно, вспомнила, что мама утром говорила, ты детей сегодня учишь. Дай, думаю, загляну. Не одной же до вечера куковать.
— Это правильно, — Калле, улыбнувшись в ответ на широкую улыбку Эрики, махнул ей рукой в сторону манежа. — Не хочешь составить компанию и показать детям мастер-класс?
— А почему нет? — Эрика тихо засмеялась и охотно поспешила за братом ко входу на манеж.
Эрику душил стыд. Она понимала, прекрасно понимала, что так, как она собирается — никто с близкими не поступает. Но ведь и Рагнар ей уже близок, Эрика не может просто так его бросить! Совесть девушку хоть и отчаянно грызла, но вразумить не могла. Эрика оказалась на удивление даже для самой себя упряма. Она собирается сбежать… все равно что предать родителей верностью дракону, ее похитителю.
Да уж, похитителю… Слишком громкое слово в их ситуации. Но для родителей все так, и Эрика более чем уверена, что ее не поймут. Она бы и рассказала, правда, предупредила бы, что собирается делать, что с ней все обязательно будет хорошо, она еще вернется… но это совершенно глупая идея в ее положении. Ее не поймут. И просто не пустят назад.
Пройдя вместе с Калле на манеж и мельком поздоровавшись с детьми — которые естественно косились на нее с большим интересом и тут же принялись перешептываться, — Эрика подошла к одной из лошадей и мягко погладила по шее.
— Солнышко, — с мягкой улыбкой пояснил Калле и, пошарив в карманах, достал пару небольших кусочков сахара, которые тут же протянул Эрике. Та угощение приняла и скормила Солнышке, продолжая гладить ее. — Спокойная и послушная кобыла. Попробуешь?
— Если пустишь немного покататься по округе, — Эрика улыбнулась и скосила лукавый взгляд на брата. Тот сжал губы в тонкую линию.
— Ты уверена, что это хорошая идея?..
— Ну, Калле, хоть ты не начинай! — девушка недовольно всплеснула руками. — Нормально все со мной! Просто хочу покататься не по манежу. Тем более, я ведь наверняка вам мешать буду, а так и у тебя спокойно, и мне не скучно. К вечеру я тебе ее верну, обещаю.