— Если тебя это успокоит, то у меня есть некоторые идеи, как ее появление можно использовать, — в искренней задумчивости протянул демон. Силдж тут же оживилась и заинтересованно посмотрела в лицо любовника, но тот только ухмыльнулся. — Терпение, милая. И побольше доверия.
— Да и так доверяю, ты ведь знаешь, — Силдж печально вздохнула и подняла на Грассома умоляющий взгляд. — Но ведь интересно же, что ты там такого придумал. Вряд ли же просто прикопать ее где-нибудь в лесу, да?..
Грассом в ответ откровенно засмеялся. Силдж, впрочем, не смутилась, а только улыбнулась.
— Ну а что? Вполне оптимальный вариант, разве нет?
— Не в этот раз, — Грассом повел плечом и внимательно посмотрел любовнице в глаза. — Нужно будет встретить ее сегодня вечером, как приедет. Пойдешь со мной.
— Зачем это еще? — Силдж вопросительно склонила голову к плечу, но демон только отмахнулся.
— Так надо. Поверь мне.
— Демон просит поверить ему… Это что-то новенькое, — девушка протянула это, словно пробуя на вкус. Но сопротивляться не стала. — Ладно, как скажешь. Мне уже даже интересно.
Грассом кивнул и хитро улыбнулся Силдж. Она уже хотела отстраниться от него, но демон не дал — снова дернул на себя, повалил на кровать и жадно поцеловал. Провел ладонями по талии и бедрам, явно намереваясь задрать подол сорочки еще выше. Девушка сопротивляться не стала, выгнулась в спине и зарылась пальцами в волосы демона, позволяя делать ему все, что вздумается.
В конце концов, у них не то что до приезда Эрики в город, у них даже до общего подъема в поместье еще достаточно времени.
***
В город Эрика въехала лишь ближе к ночи следующего дня. Уже стемнело, на улице почти не осталось народу — во всяком случае, на самой окраине. А те, кто еще остался, спешили попасть домой. Улицы почти не освещались: пускай по сторонам от дороги и стояли фонари, их тусклого желтого света толком не хватало, чтобы достаточно разогнать густую темень летней ночи и не шарахаться каждой тени.
Солнышко неторопливо вышагивала по мостовой, отчего гулкий цокот ее копыт бесцеремонно разрезал ночную тишину. Эрика от этого ощущала себя неловко. Ей казалось, что топот лошади непременно кого-то обеспокоит, разбудит чьих-то детей, отчего матери обязательно выскочат на улицу, выяснять, кто и пошто нарушает спокойствие их чад. Однако ничего подобного не происходило. Казалось даже, никто и не слышал того, как топает лошадь, проходя мимо домов по направлению к центру.
Откровенно говоря, Эрика не совсем понимала, зачем она приехала в столицу. Она помнила, что сорвалась совершенно спонтанно, гонимая ярким чувством тревоги и страха за Рагнара. Но чем ближе она оказывалась к городу, тем слабее становились ощущения. Так что девушке даже начинало казаться, что все это просто иллюзия, ее фантазия придуманная ради того, чтобы не оставаться дома в компании родных. Даже несмотря на то, что легкий страх все равно присутствовал, и Эрика точно знала, что он не от того, что она одна в незнакомом городе посреди ночи.
Странно, но сейчас стыда перед родителями и братом, которого обманула, Эрика не чувствовала. Она как будто точно знала, что то, что она сделала — совершенно правильно и иначе поступить было нельзя. Как будто знала, что у нее все получится и она обязательно потом сможет не просто оправдаться, но и нормально объяснить, почему так поступила.
Непонятное ощущение, неправильное. Эрика знала, что должна бы чувствовать стыд. Но не чувствовала, а потому старалась просто выкинуть ситуацию из головы. В конце концов, теперь-то ее никто не похитил, она сама ушла и даже оставила записку. Родители должны понимать, что она давно не маленькая и рано или поздно ушла бы из дома насовсем. Да уж, должны… вот только легче ли им от того, как Эрика поступила и что написала в записке?..
Они с Солнышком медленно двигались к центру города по основной улице. Никуда не сворачивали и не слишком торопились — Эрика высматривала где-нибудь по пути таверну, где смогла бы остановиться на пару ночей, отдохнуть и придумать, как действовать дальше. Вариантов, в общем-то, немного, но продумать каждый из них стоило. Даже включая тот, в котором уже завтра утром она вынуждена отправиться обратно домой.
К счастью, таверна нашлась относительно быстро. Уже ближе к центру города, отдельно стоящим трехэтажным зданием с прилегающей к ней конюшней, где Эрика смогла оставить Солнышко на местного конюха, что ожидаемо остался не слишком доволен позднему визиту путницы. Не то чтобы, однако, девушку это очень волновало.
В окнах первого этажа горел свет, и Эрика, прихватив сумку с седла Солнышка, без зазрений совести и стука в дверь вошла в таверну. Зал оказался просторным, но темным — вероятно, за счет времени суток. С невысокого потолка свисала люстра со свечами, на простенках подсвечники, у дальней стены — разожженный камин. Всего этого огня хватало, чтобы ориентироваться в пространстве и не спотыкаться о ножки столов, но недостаточно, чтобы рассмотреть все детально. Хотя это не так уж и важно.
Вдоль стен стояли несколько столов с лавками, напротив входа — стойка за которой хозяева, очевидно, принимали гостей и заказы еды: дальше за ней виднелись двери кухни, хотя сейчас не чувствовалось никаких запахов. Вся готовка остановлена до завтрашнего утра, и если и удастся что-то перехватить, то разве что холодного. И то, только если очень повезет.
Зал оказался пуст. За столом в дальнем углу разве что сидел спиной ко входу странный мужчина с кружкой и не подавал никаких признаков жизнедеятельности. Эрика предпочла даже не приближаться к нему и не смотреть в его сторону — просто на всякий случай. За стойкой тоже никого не оказалось, но отступать уже казалось глупой и поздней идеей. В конце концов, в зале горит свет! Вряд ли же не потушили люстру и свечи просто так, да?
Помявшись пару секунд, Эрика все же подошла неуверенно к стойке и осторожно постучала по деревянной поверхности костяшками пальцев. Позвала негромко:
— Простите?.. Есть тут кто?..
Темная фигура мужчины в другом конце зала на зов никак не отреагировала. Где-то в глубине кухни что-то упало, послышался топот. Эрика невольно напряглась, крепче цепляясь за лямку сумки и нахмурилась.
— Эй!.. — позвала снова.
Шаги в глубине дома стали более четкими и спешными, громкими. Через пару секунд раздались совсем рядом, а затем двери в кухню распахнулись, и в зал к стойке вылетела молоденькая девушка, чуть помладше Эрики. С взъерошенными волосами, чуть сонным взглядом и неловкой рассеянной улыбкой.
— Доброй ночи, госпожа! Чем могу вам помочь? — дружелюбно поприветствовала она.
Девушка с любопытством в горящих глазах разглядывала гостью, опасно перегибаясь через стойку для этого и как будто желая помочь ей совершенно со всем, о чем Эрика ее только попросит. Та даже опешила, но, впрочем, быстро сориентировалась.
— Да, доброй ночи, — пробормотала она неловко, но быстро осмелела. — Хотела бы остаться у вас на пару ночей. Надеюсь, у вас найдется комната?
— Комната?.. — девушка задумчиво почесала висок, состроив задумчиво губы уточкой, потом покивала и выпрямилась. — Кажется, найдется… Но вам ведь желательно с одной кроватью, верно?
— Да уж, желательно.
Эрика слабо усмехнулась, кивая. Устало потерла переносицу и поправила сумку на плече. Откровенно говоря, ей очень хотелось прямо сейчас свалиться где-нибудь и больше не вставать до самого утра. Все же путешествия верхом — далеко не самое ее любимое занятие, а она сначала с Грассомом на лошади две недели тряслась, затем еще два дня одна на Солнышке. Впечатления так себе. А еще Эрика совсем не отказалась бы от ужина, пусть и позднего и холодного, но для начала с комнатой бы разобраться.
— Хорошо, — девушка снова мило улыбнулась и поспешила выйти из-за стойки. Окинула Эрику внимательным взглядом, что-то прикинула и попросила: — Вы не могли бы подождать немного? Мне нужно сбегать уточнить о наличии комнат.